Чужая женщина

Я сам же и дал ей твою визитку, так что, считай, что это я тебя нанял.

Руслан сверлил меня тяжелым взглядом. Интересный, однако, товарищ. Это чем же он свою жену столько лет рядом удерживал? Деньгами? Угрозами? Ни за что не поверю, что такие, как он, умеют любить. И, кстати, да, а что их сейчас связывает? Ну, да это к делу не относится. Он мой клиент. Пока. А вот потом… Ирина же про любовь к мужу тоже ведь ничего не сказала.

– Руслан, мне надо знать, что у полиции есть на Вас. О каком компромате на Вашем компьютере касаемо данного обвинения может идти речь?

– Ни о каком! Я Тоху не заказывал! То, что он… ТАКОЙ, – Руслан выделил интонацией, – я не знал до того момента, пока не нашел его. Он жив?

– Да, вчера пришел в себя. Пока в реанимации, конечно.

Руслан, услышав о том, что друг жив, неожиданно выругался и удовлетворенно хмыкнул:

– Жив, значит, козел драный.

Это можно было расценивать двояко, но то, что его эта информация порадовала – это точно."

"– Значит, так, – Руслан собрался, – в подъезде дома, где Тоха живет, есть охрана и камеры. Камеры же и по периметру дома. Записи, конечно, господа полицейские забрали, но с охранником можно поговорить, в ту ночь толковый мужик дежурил. Знаю, что пришёл Тоха с двумя бабами. Ну, или эти двое выглядели, как бабы. А вот бокал на столе со следами помады был один – это я точно помню, второй стоял полный. Тоха пил вискарь, его стакан тоже был пустой. Значит, та, вторая, не пила, и она же и стреляла, но что-то её спугнуло, раз она Тоху не добила.

От Руслана вышел с чётким планом действий. В машине набрал Василича, он когда-то работал следователем, но уже десять лет на пенсии. Ушел сам, ушел после того, как его заставили закрыть дело на сына одного из наших олигархов. Он старинный друг моего отца, хоть и моложе. Я рос на его глазах. Надо подключать.

– Васильич? Здорово!

– Ну, здорово, коль не шутишь! – усмехнулся он в трубку, – дай угадаю: взялся Руслана Тимеева защищать?

– Эх, рано тебя на пенсию списали!

Васильич рассмеялся, довольный произведенным эффектом, и спросил:

– Помощь моя нужна?

– Очень. Так возьмешься?

– Возьмусь, куда ж я денусь. И заметь, на пенсию я сам ушел! – хмыкнул Васильич, – через час на старом месте. Успеешь?

– Да! – мне осталось только усмехнуться.

Вот ведь старый лис!

Васильич своей семьи не имел, а потому, на самом деле, всегда радовался, если я его привлекал, когда мне надо было, вот как в этот раз, собрать нужную информацию. Ему не надо никогда объяснять, где и что спрашивать и в каком направлении идти. Этим он мне и нравился. Дело своё он знал, плату конечно, брал приличную за свои услуги, но его работа того стоила! Опять же не из своего же кармана я его услуги оплачивал.

Я не стал Василичу всего по телефону говорить.