Чужие степи — часть третья

— ответил я, — или тебе моё одобрение нужно?

Олег усмехнулся, и глядя куда-то в сторону, неуверенно предложил,

— А ты не хочешь смотаться на уазике?

Глава 21

Выслушав аргументы Олега о необходимости немедленного марш-броска к оставленному нашими гостями поезду, ехать я отказался. Во всяком случае прямо сейчас, с бухты-барахты.

«Надо подготовить технику, собрать инструменты, набрать людей. Поговорить с машинистом, начальником, проводниками. Выяснить что там и как, решить что нужно в первую очередь сделать, а что может и подождать.» — сказал я ему.

А вообще, чем дальше я думал о пользе такого трофея, тем больше убеждался в его бесценности, как в прямом, так и в переносном смыслах. Если смотреть на приобретение — а я уже считал этот паровоз нашей собственностью, как на то, что оно из себя представляет в целом — собственно на полноценное средство передвижения, получалось что использовать его по назначению мы не можем, и ценность его, как средства передвижения, теряется. То есть вроде вот он, настоящий современный поезд, со всеми своими многочисленными достоинствами. Но нет, все эти достоинства сводятся на нет всего одним недостатком — отсутствием железнодорожных путей.

Поставить его на колёса? Так это бред. Когда-то давно, возможно ещё учась в школе, я читал про тепловоз на колёсах. Но, если мне не изменяет память, это была не самоделка, а что-то военное. То есть на шасси какой-то крупной техники, попросту одели тепловозную шкурку. А так было бы неплохо, конечно; «околесить» его, брони наварить, пушек поставить, пулемётных гнёзд. Настоящий бронепоезд получился бы. Жаль что это всё можно было сделать лишь в моём воображении, а в реальности, максимум что мы имели — огромный конструктор, с которого нужно было скрутить по максимуму полезных вещей.

По-хорошему, тепловоз бы целиком утащить, но я слабо представлял как это можно сделать. На лыжи как-то поставить? — Так он весит тонн сто, если не больше. Тут даже на лыжах сложно протащить. В общем, без консультаций со специалистами, моего воображения хватало лишь на потрошение всего что плохо лежит. Ну и топливо конечно. По словам машиниста, в баках тепловоза оставалось около пяти тонн солярки и чуть меньше полутора тонн масла.

Так что выезд назначили на завтрашнее утро, а сегодня весь день посвятили размещению вновь прибывших в наш расчудесный мир. И я не покривлю душой, если скажу что несмотря на трагедию — а другим словом произошедшее с этими людьми назвать нельзя, был рад их появлению.

По первой переписи, возможно пока не совсем точной, — мужское пополнение составило сто семьдесят три человека. А это практически полностью перекрывало все наши потери. И пусть оружие смогут взять лишь две трети из них, но даже в таком случае мы получали огромный бонус.