Чужие степи — часть вторая

Так что до пятого мы дошли вместе, потом она зашла в квартиру, а я побежал наверх, к Леониду.

Бежал правда недолго, после восьмого этажа проснулась дыхалка, точнее одышка, а к шестнадцатому я уже еле доползал. Не знаю почему, но в последние дни, усталость наваливалась непривычно быстро; может быть от того что зима, а может и на нервной почве.

Но так или иначе, до верха я добрался, и первым делом поинтересовался у Леонида насчет бутылок с «медицинской хренью».

— Так не трогал я их. — ответил тот, — там немного было, не помню название, на «г-э» что-то, они в коробке картонной лежали, ну и чтобы коробку не пихать в мешок, я их так рассовал, между тряпок.

— А мешки где? — уточнил я, надеясь что «г-э», это и есть глюкоза.

— В комнатке дальней, где побросали вчера, там и лежат наверное. Мы спальники только забрали оттуда... — не понимая причины моего интереса, озадаченно отвечал Леонид.

Услышав всё что мне нужно, задерживаться я не стал, и поблагодарив его, рванул обратно. Спускаться всегда легче, поэтому уже через минуту уже принялся за потрошение похудевших мешков.

Одежда кое-какая, посуда, пара небольших батарей, — как сказал тогда Славик — севших, игральные карты, книжка не на русском, и наконец то что я искал; несколько одинаково пузатых бутыльков.

— Гемодез. — расстроено прочитал я, — получается зря бегал.

Но как бы там ни было, а показать находку все равно нужно, поэтому отложив бутылки в сторону, — так чтобы никто не разбил случайно, одну я забрал с собой.

Аня сидела возле седого, и с сомнением разглядывала пропитавшийся кровью бинт на его ноге.

— Только это. — дождавшись когда она отвлечётся от раненного, я передал ей бутылку. — Думал глюкоза.

Супруга прокрутила её в руке, поворачивая этикеткой к себе, и прочитав название, с удивлением посмотрела на меня.

— Одна? — спросила она.

— Нет. Несколько штук ещё есть.

В итоге оказалось что содержимое бутылки гораздо лучше глюкозы: сильно просроченный, — если здесь можно говорить о каких-то сроках, но не ещё помутневший кровезаменитель.

Вопрос о том; ставить раненому препарат, или не ставить — не стоял — и уже через несколько минут в вене седого торчала капельница.

С девушкой оказалось сложнее, находясь в сознании, она категорически отказывалась от каких-либо манипуляций. Нахохлившись, сидела в углу, и таращилась на всех испуганными глазами. Конечно можно было её и насильно уколоть, но Аня решила её пока не трогать, тем более что она и так шла на поправку.

К обеду вернулись мужики. Подвал они пока не откопали, но сегодня рассчитывали закончить. Кроме этого нам нужно было расчистить полосу для взлёта, слить с машин бензин, и залить его в баки кукурузника, сами же машины закатить в подвал.