Чужие степи — часть вторая

Если рассуждать логически, ребята на крыше должны были видеть заходящий на посадку кукурузник, и сообщить о себе самым надежным способом — стрельбой в воздух. — Звук выстрелов хорошо слышен в любой точке посёлка. Вот только выстрелов мы не слышали, а значит у них либо не из чего, либо нечем.

Делюсь соображениями с товарищами, и посовещавшись, решаем запихать в каждый рюкзак еще и по рожку на калаш, а там уже смотреть по результатам. Патроны сейчас не главное, в первую очередь отогреть и накормить, судя по всему на крыше они уже давненько, и не что пожрать, им там даже погреться не чем, — снег да бетон кругом.

Зато у нас в палатке уже теплеет, печку раскочегарили так что она разошлась до красноты, пахнет дымом и мокрым брезентом — намёрзший иней растаял и «запятнал» палаточную ткань. Гореть будет ещё долго, думаю «Ташкент» к возвращению обеспечен.

Лететь решаем все вместе, делить группу в сложившейся ситуации глупо, палатку можно и не охранять, за пол часа — час, ничего с ней не случится.

— С топливом как, Василий? — уже подходя к самолету, спрашивает Иваныч. Он постоянно хмурится, переживает за сына, но я вижу что его что-то гложет, и вопрос про топливо это так, повод начать разговор.

— Хорошо всё с топливом, ты же знаешь. — ему прекрасно известно что бензина у нас хватит на два рейса, с маслом тоже порядок, даже керосина есть немного.

Иваныч кивает, бормочет что-то, явно собирается с духом, но тут его отвлекают, и облегченно выдыхая, он переключается на одного из своих бойцов, казаха Сашу.

Слушать, о чём они говорят, мне некогда, мотор подостыл, надо прогреть и подумать как лучше сбросить груз. Будь здесь дядя Саша, он бы пушинкой посылочку уложил, можно сказать прямо в руки, — думаю даже целиться бы особо не пришлось. Мне конечно сложнее, но ведь не боги горшки обжигают?

Привычно обхожу биплан по кругу, внимательно осматриваю, и ничего дурного не заметив, поднимаюсь в кабину. Андрей уже на месте, что-то чиркает карандашиком на кусочке картона.

— Письмо прощальное пишешь? — пытаюсь пошутить, но он только отмахивается.

— Нет, рановато помирать, я тут формулу вспоминаю, траекторию хочу рассчитать...

Ну да, бог в помощь. Сам я похвастать чем-то кроме; «пи эр квадрат есть площадь круга» — не могу, учился плохо, если что и знал, позабыл всё давно.

Дожидаюсь пока все займут свои места, и завожу мотор. Привычный чих — из трубы огнём и дымом, переходит в уверенный рокот. Время шестнадцать часов десять минут, часа три до темноты у нас ещё есть.

В кабину запихивается Иваныч, и пока движок набирает температуру, я ещё раз объясняю порядок действий.

Теоретически наш план прост как палка: с летящего самолета требуется сбросить рюкзак и попасть на крышу где сидят наши парни.