Чужое зверье

Вернувшись обратно к шалашам, он занял свое место, еще двое бандитов тоже проснулись. В лагере ночью началась активная жизнь: горел костер, кипела вода. Правда, люди сидели с недовольными лицами. Из еды их ждала баланда из горстки пшена и гнилой болотной воды, остатки пайка, который принесли посланцы из немецкого тыла, уже были почти уничтожены. Они не первый день сидели на Синюшном болоте, поэтому уже утомились от лишений. Голод и пронизывающий холод сделали бандитов обозленными животными, которым хотелось сбежать как можно быстрее на поиски новой добычи. А главарь их только зло отбрехивался на любые претензии.

Но сегодня он дождался, когда его подельники разделят скудный ужин, и наконец поделился новостью:

– Сегодня идем к «Молодежному», туда, где новая ветка. Динамит нам притащили. Взорвать надо, за это отвалят хороший куш. А еще… – «Голубчик» обвел своих напарников недовольным взглядом (как же они ему надоели, только и думают пойти на привычные грабежи поскорее бы свалить отсюда!). – После взрыва нам дадут документы, солдатские книжки. И можете валить на все четыре стороны! Дальше уже сами, каждый за свою житуху.

«Малой», «Зубастый», Акимчик – все бандиты, не скрываясь, выдохнули с облегчением. Наконец закончилось это томительное ожидание, они готовы были на совершение любых преступлений, лишь бы уже поскорее вернуться к своей воровской жизни. Тем более с новыми документами можно не бояться патрулей и проверок.

Лишь один человек из банды не был рад скорому делу – контрразведчик под прикрытием Алексей Савельев. Он понимал, что его замысел не сработал. Пока «Поляк» доберется до штаба, пройдет всю канитель с допросами, пробьется к Давыдову на личную встречу, они уже будут в «Молодежном». Ему бы еще сутки, чтобы посланец успел выполнить задание! Да только удача отвернулась от молодого младшего лейтенанта, и он просчитался, не подумав, что раз взрывчатка прибыла в лесной лагерь, то бандиты поспешат выполнить поручение."

"А тем временем у шалашей начались сборы. Да и собирать шайке было особо нечего, только огромные мешки, которые тащили на себе агенты абвера, были разделены на поклажу поменьше. Каждый получил свой груз, кроме «Голубчика», он шагал налегке. Остальные скрипели зубами, ругались вполголоса, но не возникали, боясь вызвать гнев главаря.

Всю ночь они тащились через сырые перекаты земли и валежника. А у Алексея никак не получалось уйти из поля видимости «Голубчика». Тот зорко следил за новеньким, постоянно проверяя глазами, на месте ли тот, как ведет себя, о чем говорит с остальными. Да никто особо не разговаривал, придавливал к земле тяжелый груз, от усталости и голода хотелось вмазать кому-нибудь от души по роже или по привычке упиться до беспамятства брагой.