Да, были люди в иное время!

На этом давайте закончим нашу встречу, и так вышли из регламента. Все сообщения направляйте своим каналом, через Леманна отправляйте только срочную информацию. Ваша лимонная тайнопись мне понравилась, текст сохраняется хорошо. Все, удачи вам, Станислав Владимирович, пусть вам Бог помогает. На прощание Терехов обнял меня.

Явочную квартиру я покинул в сопровождении хозяина книжной лавки через черный ход. Как-то не по-человечески, я даже имени этого тайного помощника не знаю. А вообще-то правильно, не знаю, значит, эта тайна мне не принадлежит.

Несмотря на позднее время, со всеми предосторожностями добрался в гостиницу, и с чувством выполненного долга улегся спать.

Завтра мне предстояло купить детям и родителям подарки, и вечерним поездом отбыть в Швейцарию.

Беготня за подарками позади. Степану купил набор оловянных солдатиков разных родов войск, Софии – замечательную куклу ручной работы в персидском наряде. Маме – ажурные серебряные сережки, а отцу – тяжеленный фолиант «Артиллерия Европы XVII–XIX век» на немецком языке. Сейчас сижу в вагоне поезда и мысленно возмущаюсь его черепашьей скорости.

Тут ехать всего ничего, а состав движется подобно сонной мухе. Я детей давно не видел, мне надо быстрее.

Как не торопился, но к замку Тарасп я попал к вечеру следующего дня. Ворота ожидаемо были закрыты. На мой стук в калитку привратник культурно спросил, кто изволит тревожить покой обитателей замка. Пришлось назваться. Через несколько минут калитка распахнулась, и человек, одетый в полувоенную форму сопроводил меня к центральному входу замка. Встречал меня на ступеньках удивленный отец.

– Папочка приехал, – раздались крики моих ненаглядных детишек, когда я вошел в гостевой зал, – мы всегда тебя ждали.

"

"Отбросив в стороны чемодан и пакеты с подарками, подхватил на руки детей. Не знаю, может, с возрастом все становятся сентиментальными, но у меня на глазах выступили слезы. Обнимал, целовал и тискал Степку и Софию, кружился с ними по залу. Радости моей не было предела. Сердце стучало учащенно, и казалось, выскочит из груди. Мама, наблюдая за этой картиной, плакала, да и отец смахивал скупую мужскую слезу. Не удержались они на месте, прильнули ко мне с детьми, обнимая.

Когда схлынули первые эмоции от встречи, я раздавал подарки, которые понравились всем. Степан и София, испросив разрешение, отнесли подарки в свои комнаты, а мама распорядилась накрывать стол к ужину. Сегодня у графа Головко праздник, с визитом прибыл блудный сын.

За ужином дети выбрали стулья по обе стороны от меня, они не захотели занимать свои прежние места. Естественно мама с отцом не перечили, потому что сами с меня глаз не сводили. Эх, черт возьми, как приятно оказаться в кругу своих дорогих и любимых.