Да, были люди в иное время!

Один русский офицер состоял на службе в отдельном корпусе пограничной стражи, обеспечивая австрийцам нелегальное проникновение на русскую территорию. Также периодически силами перечисленных лиц проводилась разведка укреплений вблизи крепостей Брест-Литовской, Двинской и Новогеоргиевской, уровня защищенности железнодорожных узлов и крупных шоссейных дорог.

Как вы понимаете, два профессионала качественно отработали способы надежной двусторонней связи, определили несколько вариантов паролей, в том числе и на случай возможного провала.

Предложил «Вадиму» использование надежного «почтового ящика» в Пражском представительстве торгового дома Колетти. У тетушки Франчески там работал давний и очень надежный друг Алессандро. Его услугами пользуюсь регулярно, сбоев и проколов пока не случалось. Я обратил особое внимание «Вадима» на осторожное обхождение с полученными от меня деньгами.

Глава 43"

"«Получив данные о проживании в Локарно отставного полковника итальянского генштаба Вивальди – вдовца, организовавшего в своей вилле центр итальянской разведки против гитлеровской Германии, разработали план, который заключался в выдаче моей жены Иоланты за него замуж.

Сначала, заплатив кругленькую сумму, Иоланту по документам чешки Роны Дубской мы обвенчали с древним стариком-графом Эстергази, с которым же ее в скором времени развели. Новоиспеченную графиню парижские мастера превратили в роковую женщину, которая и появилась в Локарно с крохотной болонкой на золоченой цепочке. Вскоре был заключен брак моей жены с Вивальди. Далее – оттиски ключа от сейфа, ночные, нервные и длительные перефотографирования секретных документов, значение которых трудно переоценить, пока полковник однажды ночью не застал нас за этим занятием. В интересах сохранения чести семьи он предпочел имитацию смертельного несчастного случая»

Разведчик-нелегал Быстролетов Д.А. (граф Толстой), «Пир бессмертных: Книги о жестоком, трудном и великолепном времени»Вот и заканчивается 1913 год, вторая половина декабря за покрытой замысловатой изморозью окном.

У своего начальника Штайнлица с большим трудом выпросил отпуск, сроком на месяц.

Он, конечно, остался недовольным, целый месяц ему никто не будет докладывать о единственно приятной ему информации – суммах, оседающих на его счете в банке. За все время общения, я заметил, что деньги для Фердинанда стали своего рода фетишем. Не потратил ни единой монеты, но зато его пробивает на дрожь от осознания того, что где-то в недрах банка хранится сумма, ему единственному принадлежащая. Он может ей распорядиться по своему усмотрению.