Да здравствует королева! (СИ)
Король умер. Принцесса Лиата — младшая из его детей и никогда не грезила о троне. Но что делать, если соседи мечтают подчинить обезглавленные земли? Согласиться на брак с врагом? Искать предателей в собственном дворце? Выяснить, почему родные братья молчат и бездействуют? Лиата ответит: что угодно, лишь бы сохранить мир. И узнать, что же таится за смертью отца.
Смотрела будто в тумане на мужчину, который должен был стать моим супругом. Пару раз смачивала и отжимала платок, чтобы стереть пот с его бледного лица. Снова брала руку в свои. Мир сузился до одной тёмной комнаты, где боялись зажечь лишний огонёк, говоря, что свет будет мучить больного. Ничто другое не казалось важным.
Лишь однажды я вышла в приёмную — когда наведался Аделик. Разумеется, он спрашивал, в каком состоянии Шинар. Услышал короткий рассказ о яде, но никто не спешил упоминать, что жёлтые кристаллы нашли в каком-то десятке шагов отсюда. И я молчала тоже.
Брат вздохнул, поведав, что происходит в остальной части дворца — заверил, что на сегодня суматоха улеглась. Почти все, должно быть, спят. Когда он ушёл, я потерянно взглянула за окно, где разлилась чернильная ночь. Одинокая луна светила на небосклоне. И сквозь пелену в разум всё-таки прокралась мысль: стоит прочесть письмо. Пока глаза привыкли к свету. Я не спеша присела в кресло недалеко от задумчивого барона, под взором охранников.
Глаза забегали по строчкам, и тогда слова заставили… неожиданно вынырнуть из забытья.
Начиналось всё так:
«Шинар,
Надеюсь, не нужно объяснять изумление, в которое меня поверг твой вопрос. Я не привык, что в моих словах сомневаются и уж тем более что собственный сын пытается трактовать иначе ясно обговорённые вещи. И всё же я отвечу как ты просишь — подробно.
Нет. В наши планы не входит мешать литанийской дипломатии — по крайней мере, в том виде, в каком её представлял чудак Этар. Устраивать нападения на его девчонку, твою невесту — последнее, что пришло бы мне в голову в здравом уме.
"Этар был желанным союзником и неплохим правителем. Его дети, конечно, не вызывают подобных восторгов, но выбор невелик. Их дружба с Асхемом может обернуться невыгодно, но только если чёртовы святоши умудрятся настроить будущего литанийского короля против нас. Общий же мир меня сейчас устраивает как никогда.
Меньше всего в твоём письме вдохновляет то, что оно намекает на худшее развитие событий. Надеюсь, тебе хватит опыта и ума разрешить ситуацию в свою пользу. Если же полагаешь, что нет, лучше скажи об этом прямо сейчас.»
Я оторвалась на миг, глубоко вдыхая. В голове снова поднялся небольшой вихрь, но быстро улёгся, стоило окинуть взглядом комнату. «Всё позже», — напомнило сознание.

















