Да здравствует королева! (СИ)

— Ты один из лучших людей, которых я знаю. То есть… лучше, наверное, только Шинар, но и то не всегда. — Улыбка стала смущённой, но я не знала, как сказать иначе. — Мой идеальный брат. Прекрасный, добрый, светлый… тебя любят друзья, обожаем мы с Сареном, советники отдадут за тебя жизнь! И народ… народ тоже души в тебе чаять не будет!

На миг губы Ала дрогнули — но он не успел ответить.

Шинар впервые зашёл именно в этот момент — явно не выдержав ожидания. Наверное… беспокоился, что оставлять двух проклятых, неуверенных в себе людей наедине — решение опасное. Встал рядом с нами, строго взглянул на нынешнего короля.

— Леди Лиата объяснила вам про проклятье?

— Да… в общих чертах."

"— Значит, вы должны понять, что обязаны ему своим дурным самочувствием. В первую очередь душевным. И вам придётся перетерпеть несколько ближайших дней, хорошо отдохнуть и забыть о плохом. Но скоро станет лучше, вот увидите.

Удивительно, но это подействовало едва ли не вернее моих слов.

— И прошу прощения, что доставлял вам немало проблем, — всё же вздохнул Шинар, — Пожалуй, иногда не меньше Сирхема. Если бы я знал сразу, то вёл бы себя иначе. Отчасти. Не могу гарантировать, что сильно.

Я усмехнулась — невольно, искренне. Кажется, это чувство передалось и брату.

— Спасибо, что позаботились о моей сестре, — серьёзно ответил Ал.

Жених кивнул. И оставил нас снова. Я погладила руку в ладонях и вернулась к собственным убеждениям:

— Ты станешь замечательным королём — если захочешь.

— Лиата, я отрёкся, — поморщился Аделик. — Все видели, они не забудут…

— Они поймут, что ты был под чарами! Уже поняли — Шинар сразу сказал, как только осмотрел тебя, новость разнеслась по двору.

Он скривился сильнее, будто снова погружаясь в пучину отчаяния, и помотал головой:

— Я не хочу. Может, это единственное верное, что я сделал за последние дни.

О Боги!

— Ладно, — отступила я. — Хорошо. Мы что-нибудь придумаем. Мы теперь вольны делать, что желаем — понимаешь? Всё будет прекрасно, всё обязательно наладится! У нас впереди ещё много-много светлых дней, у тебя и у меня, и у Сарена тоже… Мы будем поддерживать друг друга, мы всё преодолеем вместе, обещаю. Да и сколько хороших людей вокруг!

Тогда… кажется, впервые за бесконечный вечер Аделик попытался слабо, но вполне от чистого сердца улыбнуться.

— В этом ты права.

— Ты ведь всегда защищал меня, — продолжила я. — Всегда был рядом, когда нужно. О, да и если бы со мной одной!

И я говорила, вспоминая раз за разом весь тот свет, который он приносил в мою жизнь. И в другие. Как он мирил нас с Сареном, был опорой отцу, всегда с теплотой относился к придворным и помогал знакомым, ничуть не задирая нос.