Далекие звезды

Можно попробовать еще раз сбежать. Но в таком случае в третий раз мне нельзя будет ни в чем ошибиться. Даже эта попытка чуть не стала для меня фатальной, и уже потянула за собой множество тяжелых последствий и сильно подорвала мою веру в себя.

Что в сухом остатке? Меня тошнит от Рикера. Я знаю, что потенциально — я очень талантливый летчик, и моя главная мечта в этой жизни, иметь свой корабль и бороздить на нем просторы космоса. Желательно подальше от территории Союза и людей вообще. Остальное уже не так важно. Поставленная мной в этой жизни цель всегда есть и будет.

Как бы кто не старался доказать мне обратное. А значит, еще не все потеряно. Придется снова затаиться и больше не идти напролом. Если я пока не вижу других, честных и гладких путей, это не значит, что их нет.

На ветке я сидела еще долго. Даже умудрилась задремать под аккорды музыки. Очнулась от того, что кто-то настойчиво тыкал меня в ногу. Оказалось, это служащий парка. Не сумев до меня докричаться, воспользовался своим рабочим инвентарем — шестом с крюком. С дерева меня согнали, объяснив, что на них сидеть запрещено, для этого в парке лавочки установлены.

Я еще долго бродила по тропинкам. На душе, не сказать, что стало сильно легче, но, во всяком случае, жизнь уже не казалась мне такой беспросветной. Не знаю, то ли я такой оптимист по натуре, то ли в медотсеке мне, ко всему прочему, вкололи антидепрессанты."

"Если честно, не понимаю мотивов мужа. Нет, по поводу вчерашнего, в принципе понятно. Но интересно, почему меня до сих пор не вышвырнули как плохую сломанную игрушку? Он ведь может себе это позволить, не смотря ни на какие брачные контракты. Своих функций я не выполнила.

Взять теперь с меня больше нечего, да и у Рикера, насколько мне известно, и так полно поклонниц. К чему ему я, не ясно. Да и другие его поступки. Если постараться посмотреть объективно. Вместо того чтобы запереть меня на веки вечные у себя в доме, отправляет в академию. Я свободно разгуливаю по кораблю. Но есть еще и другие, не такие заметные действия. Вчера на приеме он заботился о моей безопасности, предлагая охрану. Угроза была вполне реальная. Он интересовался тем, ела ли я. Подумал о моем здоровье, отправив сегодня в медотсек — сама бы я еще не скоро вспомнила об этом аспекте. Ни в коем случае не оправдываю его, но и понять причину тоже не могу. Опять же, он так долго вел себя почти корректно, предпосылок для вчерашнего поступка я практически не замечала.

О себе дал знать голод. Гуляла я уже достаточно долго. Зашла в первое попавшееся кафе. Вкуса пищи не чувствовала. Не смотря на здоровое требование желудка его наполнить, к еде как таковой была абсолютна равнодушна.

Стоило мне закончить трапезу, как тут же раздался звонок от Рикера.