Дальний и Ближний (СИ)

— Да, это мой одногруппник — Глеб, — представляю.

Алексей представляться не стал.

Морозову он явно не нравится. Смотрит прожигающим, словно лазер, взглядом.

Что это? Ревность?

— Кто это? — спрашивает, когда мой куратор отходит за водой.

— Знакомый…

— Странный знакомый, на мента похож, — смотрит в сторону Алексея.

Тебе бы сыщиком работать, Морозов. С первого взгляда раскусил, кто он такой.

— Менты по-твоему — не люди?

— Люди, но не такие, как все.

Я фыркаю.

Ничего особенного в Алексее нет, абсолютно неприметный. Как Глеб разглядел в нём принадлежность к неким структурам, ума не приложу.

— Тебе помочь? — кивает на тележку.

— Меня Алексей подвезёт.

У Морозова на шее вздувается вена, и играют желваки.

Вот теперь точно видно, что ревнует.

Ничего, тебе полезно.

Психует и, не прощаясь, в сторону кассы.

Обидчивый какой, посмотрите-ка на него!

* * *— Вызывали, товарищ полковник? — входит в кабинет Алексей Аксёнов.

— Да, проходи, — указывает ему на стул Виталий Юрьевич. — Что у нас там по Белкиной?

— Всё вроде тихо. Поклонник один, правда, нарисовался, но мы за ним приглядываем.

— Что за поклонник?

— Глеб Александрович Морозов, — открывает папку и подаёт фотографию начальнику. — Двадцать два года, мелкий предприниматель, занимается перекупом машин. Вроде серьёзный парень. Никаких приводов и нареканий нет. За исключением института, но там списывают всё на его нежелание учиться, школьный аттестат почти на отлично. Кстати, из наших…

— Что значит «из наших»? — приподнимает сверлящие глаза полковник.

— Служил в разведроте спецназа в Приморье. Был на хорошем счету, командование даже хотело его отправить дальше учиться в академию ФСБ, но он передумал и вернулся на гражданку. Отец в особом отделе в Белогорске служит.

— Ух, ты! Почему передумал?

— Указано «по личным мотивам».

— Понятно… Странно, что он неожиданно рядом нарисовался.

— Может совпадение? Они на одном курсе учатся.

— Поставьте его тоже на прослушку. Я в совпадения не верю. Хотя при папе офицере госбезопасности…- с сомнением гладит подбородок. — Всё равно поставьте.

— Так точно, товарищ полковник. Можно идти?

— Иди.

Глава 11

Глава 11

На следующий день Морозов со мной ни одним словом не обмолвился.

Все пары сидит на последнем ряду, слушая преподавателей или залипая в телефоне, взъерошенный, явно невыспавшийся и с недовольной миной на лице.

Несколько раз ловлю на себе его холодные взгляды, но когда пытаюсь установить с ним зрительный контакт, он просто отворачивается или опускает глаза.

А как он зашвыривает несчастный рюкзак в машину после занятий.

Столько злости в глазах я никогда не видела.

Срывается со стоянки, словно торопится куда-то очень сильно.