Дама моего сердца

Сэр Йен, кузен лэрда, хороший человек, но ничего не смыслит в воспитании детей. Наш лэрд старался изо всех сил, пытаясь достойно воспитать сестру, но тогда он и сам был еще мальчишкой.

— Так, значит, Камерон был сестре и отцом, и братом и теперь испытывает вину из-за того, что не сумел вырастить ее скромной девушкой?

— Совершенно верно. Кэтрин на редкость испорченная девица. Она необыкновенно хороша собой, во всяком случае, была перед нашим отъездом. Ей не было еще и шестнадцати, а она уже успела вскружить голову не одному парню. Когда она что-то хочет, непременно получает желаемое. Ее тетя и лэрд не могут ей ни в чем отказать.

— И теперь она захотела получить моего брата, — вздохнула Эвери и сделала глоток вина. — Чтобы быть испорченной, сначала надо стать богатой. Я думала, что Камерон нанялся в наемники…

— Из-за бедности? Нет. Просто ему захотелось сменить обстановку и поразмяться. Говорят, он разочаровался в любви… А вскоре дал обет безбрачия.

Эвери удивленно захлопала ресницами, и внезапно ей припомнились слова, услышанные в тот день, когда ее похитили.

— А когда он дал этот обет?

— Почти три года назад. И насколько я знаю, еще ни разу ему не изменил.

Эвери пришла в смятение. Может быть, Камерон возжелал ее лишь по той причине, что долго не был с женщиной? Чувствуя, что это не так, она не находила себе места. Энни потрепала ее по руке, и Эвери вздрогнула от неожиданности.

— Не думай, что именно по этой причине наш лэрд воспылал к тебе нежными чувствами.

— Не поняла…

— До сих пор он оставался равнодушен ко всем девицам, а их немало вешалось ему на шею. Но стоило ему увидеть тебя, как его словно подменили. Не забывай, что он мужчина и потому пытается себя убедить, что возжелал тебя лишь по причине долгого воздержания, хотя вряд ли в это верит. Но что бы он себе ни внушал, как бы себя ни уговаривал, он хочет тебя потому, что ты — это ты. И все-таки я не думаю, что он изменит свое решение воспользоваться тобой, чтобы заполучить твоего брата в мужья Кэтрин, во всяком случае, пока не убедится, что она лгунья.

— Так, значит, вы тоже считаете, что она лгунья… А Джиллиана мне говорила, будто вы все хотите, чтобы мой брат дорого заплатил за свой проступок.

— Сначала мы считали его виновным, но теперь многие из нас уже не так в этом уверены. Чем больше мы думаем обо всей этой истории, тем больше убеждаемся в том, что нашему лэрду известна не вся правда, вернее, он не знает всего, что произошло на самом деле. — Энни ласково улыбнулась. — А теперь, узнав тебя и малышку Джиллиану, мы и вовсе пришли в выводу, что твой брат не смог бы совершить бесчестный поступок, а если бы и совершил, ты не стала бы так упорно его защищать. Но важно не то, что считаем мы, а то, что считает наш лэрд.