Дамская вендетта

— Привет! Узнал?

— Конечно! Как же можно тебя, Танюша, не узнать! Как твои дела?

— Работаю.

— Я так и понял. Какая помощь нужна?

— Меня интересует все, что есть у вас на Гуревича Владислава Витальевича, — я прикрыла трубку рукой и спросила у Кати год рождения ее отчима.

— Пятьдесят пятый.

— …пятьдесят пятого года рождения. Но особенно меня интересует Чижова Галина Владиславовна, возможно, в девичестве Гуревич.

— Дочь его, что ли?

— Скорее всего. Точный год рождения не скажу, но думаю, что ей лет двадцать пять. — При этих словах Катя кивнула. — Конечно, она может быть сейчас и не зарегистрирована в Тарасове, но вдруг мне повезет, и ты все-таки раскопаешь какую-нибудь информацию о ней.

— Хорошо, а что мне будет за это?

— А что ты хочешь?

— Я человек негордый, мне много не надо. Литр огненной воды меня вполне устроит, чтобы в холодный зимний вечер, после напряженного рабочего дня посидеть с друзьями.

— Андрей, какой разговор! Я тебе два литра водки поставлю, ты только нарой мне что-нибудь об этих людях.

— Договорились, жди звонка.

Закончив разговор с Мельниковым, я посмотрела на Барулину. Она сидела на диване, обхватив голову руками. Я подумала, что сейчас начнется очередная серия ее истерических припадков, и не ошиблась. Катя начала с тяжелых вздохов, а потом стала сокрушаться по поводу того, что ее родная мать пригрела на груди семейку аферистов, для которых нет ничего святого. У меня создалось впечатление, что в данный момент Катя воспринимает меня не как сыщицу, работающую на нее, а как своего единственного зрителя. Откровенно говоря, мне уже порядком надоела ее порочная привычка лицедействовать.

— Мне кажется, что Влад и Галина едины в своем стремлении уничтожить меня и маму. Самое интересное, что мамочка ни за что не поверит во все это и будет защищать своего ненаглядного мужа до последнего. — Барулина бездарно закатила глаза. — Это ужасно, ужасно! Мама потакает каждому его слову, она даже изменила своим привычкам и пристрастиям, стала вставать с первыми петухами и готовить то, что ему нравится, наглаживать ему брюки и рубашки… Отец, помнится, сам брюки гладил и в еде непривередлив был… Мне этот Влад сразу не понравился, есть в нем что-то отталкивающее… Таня, ну вот скажи, что она в нем нашла?

— Катя, я не собираюсь ломать голову над этим вопросом. Меня больше интересует то, где искать Галину и как заставить ее во всем признаться.

— У меня есть идея. Мне кажется, она сегодня же даст деру из Тарасова. Надо ехать на вокзал и караулить ее на перроне перед отходом московских поездов. Девятка уже ушла, значит, остались только два поезда — тринадцатый и семнадцатый."

"— И еще три или четыре проходящих поезда, следующих в столицу с юга.