Лекарство от одиночества (СИ)

Лишь в первый день старшая медсестра, которую я знала еще по практике, поинтересовалась:

– Как тебя твой соколик отпустил, Элька?

– Да нормально отпустил.

– Не боится, что уведут? – смеется.

– Кто? – закатываю глаза. – Борисыч?

– А почему нет? Вон, какой орел!

Оборачиваюсь к Бутенко. Орел? Хм… Да, наверное. Я с такой точки зрения никогда на него не смотрела. Когда я пришла, он уже был заведующим. Молчаливый, строгий, взрослый. Вообще не вариант для такой сопли, как я. А иначе зачем бы мне его оценивать как мужчину?

– Что ж вы такого орла да столько лет не пристроили в хорошие руки?

– Пытались.

Но с подчиненными Борисыч ни-ни. Один раз на моей памяти он изменил собственному правилу…

В этот самый момент у меня в кармане тренькает телефон, я отвлекаюсь, пробормотав:

– И что же?

– И так бедолаге любовь в голову бахнула, что он в обществе этой дамы двух слов связать не мог. Ходил – краснел, бледнел, подбирал слова.

– А потом вдруг перегорел?

– Да если бы! – щурится старшая. – Пока Борисыч собирался с силами, нашелся парень посмелее.

Собственно, с моего личного разговор переметнулся на Бутенко. Но и это была последняя сплетня, которую я слышала.

Говорю ж, там вообще людям не до меня. Я же могла стать темой для разговоров только в одном случае – если бы не справлялась или халтурила. Чего я, конечно, себе не позволяла. Вкалывала наравне со всеми, а то и больше. Все же мне нужно было наверстывать упущенное в декрете.

А в пятницу мне опять пишет Юра…

«Я забрал Мишку из сада. Закину его домой вечером».

И фото. Мой сынок, довольный до невозможности, сидит в машинке, которые мы обычно арендуем в парке, рядом с отцом. Он мне кажется немного осунувшимся, но даже это его ни капли не портит.

Юра очень красив.

То, что он не забывает о Мишке, подпитывает мою веру, что мы со всем справимся. И делает меня почти счастливой.

«Ты самый лучший папа на свете».

Юра отвечает мне смайликом. И на этом наш разговор, наверное, должен был прерваться, но я… Я не выдерживаю.

«Юр, давай уж возвращайся».

«Обязательно. Дай мне еще немного времени».

Я вздыхаю, сглатываю боль и еду домой. Сегодня я возвращаюсь первой, поэтому ужин за мной. В холодильнике дожидается своего часа тунец. Отвариваю рис, делаю салат из морского винограда. Кинуть уже разделанные стейки на сковородку – дело минуты.

И лучше, конечно, их пожарить, когда домашние сядут за стол.

Взвинчена я – мама дорогая. Еще бы! Сейчас Юра приедет, а я так давно его не видела! Плеснув себе в бокал вина для успокоения, бегу наверх, чтобы прихорошиться. Наспех принимаю душ, надеваю платье. В приоткрытое окно доносится урчание двигателя. Кажется, это БМВ свекра. Быстро прокрашиваю ресницы, наношу на губы блеск и спускаюсь вниз.

– Мам? Пап?

– Мы здесь.

– Вот и хорошо. Мойте руки. Сейчас будем ужинать.