Дамский выстрел

Он переспрашивал меня, уточнял детали, а когда отправил зашифрованное послание, начал метаться по комнате, словно бык на арене.

— Ведь это моя недоработка. Я виноват, что не разобрался в первый же день, как все произошло! Почему ты сразу не сказала?

— Когда? Кому? В постели случайному партнеру? Это ты прятался от меня, а не я от тебя. Я не знала, кто такой Посредник, а ты знал меня, но боялся открыться. Я была уверена, что меня предали, ты понимаешь, что это значит? Хотела порвать с вами связь. Потом ждала объяснений. А потом… Время лечит, в моей жизни было и не такое. Все вернулось в привычное русло, но я стала в десять раз более осторожной.

— Семь лет упущено. Семь лет, черт возьми!

— Да что ты ноешь! К чему сожалеть о том, чего не исправишь? Ты мужик или нет?

Он замер. Мои слова натолкнули его на какую-то мысль. Вскоре я поняла, о чем думают мужики в минуты душевных терзаний. Коршунов спустился в бар и вернулся с бутылкой виски и ведерком льда. Брякнули ледяные кубики, зажурчал соломенный напиток, комнату наполнил дымный аромат виски.

— Без меня, — заявила я и ушла в соседний номер. Хоть сегодня спокойно высплюсь.

Но ночью меня разбудило тяжелое дыхание.

— Фу! Отвернись. Уйди к себе, пьяница. — Я сильно толкнула склонившееся надо мной тело.

Раздался грохот. Коршунов свалился с кровати.

— Ты разобьешь смартфон, — замычал мой суженый. Над кроватью появилась перекошенная физиономия, подсвеченная включенным дисплеем. Зрелище не для слабонервных. — Я не за тем пришел.

— Да знаю я, зачем ты пожаловал. Тебе лишь бы пристроиться. Вот протрезвеешь — приходи.

— Светлая, смотри, что нам прислали. Смотри. — Он подсунул яркий дисплей мне под нос. Пришлось зажмуриться. — Это фотография Кормильцевой. Та, которую мы искали! Изображение сохранилось у ее брата в Москве.

Я приоткрыла глаз. В темном пространстве плавало светлое окошко, в котором виднелся пони, мальчик и мелкие фигуры на заднем плане.

— Сейчас увеличу, — заметив мое внимание, оживился Кирилл.

— Да не дыши ты на меня. И дай сюда. У тебя руки дергаются.

— Да ты что! Я ж чуть-чуть. Всего ничего.

Я отняла смартфон, не обращая внимания на нудное ворчание оправдывающегося муженька. С экрана на меня смотрел все тот же веселый конопатый мальчик и умудренный жизнью пони Люсьен. А кто там справа? Я увеличила кадр, сместила изображение. В воде стоят две фигуры. Назаров и женщина в черном купальнике. Ее лицо открыто. Я еще раз увеличила изображение и отчетливо разглядела ухоженную даму лет сорока. Ее лицо было одновременно грустным и настороженным. Я вглядывалась и ощущала некий озноб, тревожную щекотку памяти.

— Ну, как? — спросил Коршунов. Он успел проинспектировать мой мини-бар и жадно сосал из бутылки холодную воду.

— Я видела ее раньше.