Дамский выстрел

И какую женщину может соблазнить спринтерский рывок? В постели мы предпочитаем марафонцев.

— Обойдешься! — отрезала я и выскользнула из-под одеяла.

Из ванной я вернулась бодрой, решительной и одетой.

— Вчера мы выяснили, что окно и веревка — изобретение Назарова, а не сбежавшего убийцы. Он воспользовался ими пятого вечером. Зачем?

— Хотел бы я знать. — Кислое выражение на лице муженька сменилось на нейтральное. Мужчины не тратят эмоции попусту. Он понял, что ничего ему не обломится, и нехотя вернулся к деловому тону. — Назаров спустился через окно, чтобы тайно уйти от возможного наблюдения.

— Он вылез налегке. Документы не выносил. Отсутствовал меньше часа. Что можно сделать за это время?

— Немногое. Но если заранее подготовиться и все рассчитать…

— Мы думали, что Назаров снял проститутку и запудрил ей мозги, чтобы разыграть ложный ход с автобусом в Польшу. Но это не все. Она помогла ему обеспечить алиби на вечер пятого. Если есть алиби, должно быть преступление. Что произошло пятого июля в районе восьми вечера?

— Даже не знаю, — ответил Кирилл и тут же спохватился: — Умер Никита Бреусов, мастер по янтарю! Его тело нашли недалеко от Музея янтаря, куда он ходил за выручкой. А музей расположен рядом с гостиницей.

— Теоретически Назаров мог успеть сходить к музею и вернуться обратно.

— Помнишь, я рассказывал, что есть сомнения в естественной смерти Бреусова?

— Прокол в болевой точке.

— Да.

— Надо поговорить с его сотрудниками.

— Бреусов работал один.

— А продавщица из музея?

— Ее опрашивали. Она его знала постольку-поскольку. Он сдавал свои изделия на реализацию.

— Все равно. Узнай ее адрес.

— Это не проблема. Адрес есть в деле. Но у меня стойкое убеждение, что мастер не имеет отношения к секретному досье.

— Из-за ваших стойких убеждений вы и не нашли ничего семь лет назад. Надо цепляться за любую мелочь. — Я причесала волосы и зыркнула на отражение Кирилла в зеркале. — Ты будешь весь день валяться в постели?

Он тут же засуетился, озабоченно бурча про три оставшихся дня. Когда он был полностью одет, я спросила:

— Если Назаров успешно воспользовался веревкой пятого вечером, то что ему мешало проделать тот же самый путь в другое время?

— Окна не видно с улицы, — согласился Кирилл. — Назаров вешал на дверь бирку «Не беспокоить», телефон оставлял в номере, и мы думали, что он в отеле! А на самом деле… Вот сволочь!

— Не кипятись. Давай подумаем, когда он мог еще ею воспользоваться?

Коршунов ухватился за листки со схемой передвижения Назарова.

— Второе июля. Прилет. Музей янтаря. Разговор с женой. Он мог вылезти ночью! В первую или последующую. И спрятать досье где угодно. Зона поисков — целый город! — Кирилл в сердцах отшвырнул листки. Я подняла и выбрала с заголовком «5 июля».