Дамы убивают кавалеров

Однако по тому, что тон Ленчикова сторожа подобострастно изменился, я догадался: звонит какой-то хозарский главарь. Во время разговора хозарин-тюремщик пару раз сказал по-русски: «компьютер», «хакер». Я понял: разговор касается Ленчика.

В телефонном диалоге тюремщик трижды почтительно называл своего невидимого (а для меня и неслышимого) собеседника: «дары’тудун».«Дары’» – кажется, по-хозарски значит «дорогой» или «многоуважаемый». А вот «тудун»… Я вспомнил хозарскую иерархию и понял: в квартиру-тюрьму звонит один из тудунов, то есть кто-то из трех главных подручных великого хозарского хакана.

Леня Коноплев.В то же самое времяВ комнату вошел хозарин-тюремщик – тот, что выглядел более европейским, более симпатичным. Тот, что вел все «компьютерные» переговоры с Ленчиком. Его звали Хафиз. Его малопроницаемое лицо сейчас выглядело (насколько это было возможным) веселым, отчасти даже радушным.

– Жизнь твоя меняется, малъщик, – объявил он с порога. – В хорошем направлении меняется. Будешь теперь вкусно есть, сладко спать. Бабу получишь. Потом денег получишь. Много денег.

– С чего это? – недоверчиво спросил Ленчик.

– На нас будешь работать. Хорошо будешь на нас работать – денег получишь. И живым отсюда уйдешь. Плохо будешь работать – больно тебе будет. Очень больно будет. Перед тем как умрешь. Ладно, пугать не буду пока. Скажи лучше: ты чего кушать хочешь?

– А у вас что: ресторан тут открылся? – буркнул со своего матрасика Леня.

– Не груби, малъщик. Используй момент, пока все добрые к тебе.

– Чего, откармливать меня решили? Чтоб к осени зарезать?

– Последний раз говорю: грубить не надо. По секрет скажу: тебя вечером большой человек видеть хочет. Сюда приедет. Говорить с тобой будет. Надо, чтоб ты довольный, ласковый и веселый был. Поэтому давай говори: чего есть хочешь?

– Ну, я пиццу хочу. С грибами и ветчиной. Шоколада желаю, с орехами. Пирожков с вишней хочу. И – светлого пива. И молочный коктейль.

– Сделаем, – охотно, словно в сказке, кивнул хозарин. – А бабу какую хочешь? Толстую, худую? Блондинку, брюнетку? С большими сисями, с маленькими?

Ленчик засмеялся, потом зарделся, потом буркнул:

– Мулатку хочу.

«Что у них, этих хозаров, – от жары крыша поехала? – подумал он. – «Какую ты бабу хочешь?» И это он – мне? Парню, который наручниками к батарее прикован? Ни фига ж себе! Издеваться он так решил, что ли?»

Однако хозарин достал свой серебристый сотовый, набрал номер, сказал в трубку по-русски:

– Ресторан? Обед в дом хочу. Записывай, красавица, чего я хочу.

Павел Синичкин.В то же самое времяПо своему шипящему и шелестящему приемнику я прослушал диалог Ленчика с неожиданно подобревшим тюремщиком. Затем – тот звонок, что сделал хозарин в ресторан.