Дар

Хотя бы то, что теперь мы единый народ говорит о многом. Но некоторые вещи остались прежними. Мы очень жестокая раса, Илия. Наши Звери жаждут доминировать, а лучший способ удержать от междоусобицы — это война на стороне. И не думаю, что это можно изменить в принципе. Хотя не все мы одинаковые, — вард вздохнул, — Я устал от войны, а Ренар вообще всегда предпочитал договариваться, хотя и от сражений не бегал. Смешно, ведь мы с ним наследники, — Витар и вправду хмыкнул. — Как думаешь, нас народ примет с такими несвойственными вардам взглядами?

Я снова приподнялась и фактически легла сверху ему на грудь, опираясь локтями и подперев подбородок ладонями. Так мне было удобнее смотреть в лицо моему оборотню. Заметила, как он хмурится своим мыслям, видимо, эта тема его действительно волновала.

— Расскажи мне про свою страну? Что нас ждет в Иссе — вашей столице? Какая она?

Витар перебирал пальцами правой руки мои волосы, но мыслями был где-то там среди цветущих долин, что лежат между гор, прикрытые от всего мира каменными исполинами и высокогорных плато, на которых стоят замки из серого камня.

— Я не самый лучший рассказчик, Илия. Да и на родине в последние годы я бывал не часто. В чем-то иссольцы проще людей. По крайней мере в этикете и условностях у нас все не так строго. Зато есть вещи нарушение которых повлечет неминуемые последствия. Например неуважение к паре — это мгновенный вызов на поединок и скорее всего со смертельным исходом. Так что, солнечная, ты точно можешь не опасаться, со мной теперь вряд ли кто захочет связываться. А вот другие варданки… Мужчин они слушаются и ведут себя скромно, но друг с другом… Дамы у нас между собой могут быть весьма и весьма…ммм…неоднозначными. Порой любят задеть ближнюю свою, а уж позлословить.

— О, какой ты у меня деликатный! Ты хотел сказать, что ваш двор кишит сплетницами и стервами, переводя на понятия низшей лексики. Или я спешу столь некуртуазно отзываться о благородных верах?

— Ты весьма прямолинейна, — улыбнулись мне, — Пожалуй, придется согласиться с твоими определениями, хоть это и звучит не слишком лестно для представительниц нашей элиты.

— Обращайся! Всегда рада помочь тебе подобрать нужный эпитет. К тому же, не помню, чтобы хоть где-то при дворе был не рассадник змей, а образец благочестия. Боюсь такого даже по внешним признакам не припомню.

— На Верее есть страны, где дамы не имеют право даже говорить на людях ни с кем, кроме мужа или отца. Хотя не берусь судить о чем они судачат за закрытыми дверями.

— Вероятно, все о том же, — пожала я плечами.

— Кстати, моя мама, вера Селения с сестрой Арлиной сильно выбиваются из этого серпентария. Поэтому я и говорил, что с ними ты скорее всего поладишь.

— Ладно, это все весело, конечно.