Дар

Те от которых надо либо держаться подальше, либо нещадно пользоваться — ведь такая удача сама в руки летит!

Да, вот именно в такие сильные руки, за одну из которых я сейчас веду этого варда сквозь сгущающиеся сумерки по зыбкой тропе, проторенной запретной в большинстве стран магией, любое отклонение от которой грозит нам смертью. Мучительной и неотвратимой.

Я шепчу благодарность Древнейшей, не забывая поминать и Всеотца. Сейчас любая помощь высших сил нам пришлась бы кстати!"

"Сапоги давно промокли и вряд ли выдержат ещё один переход. Да и вся моя скудная одежда, как и припасы пропала вместе с милой моему сердцу кобылкой, которой я так и не успела придумать имя. Со мной осталось лишь оружие с которым я никогда не расставалась в дороге, да кошель с деньгами и парой фамильных вещиц, продать которые душа не позволила, хотя и понимаю, как это недальновидно. Единственное, что меня оправдывает, это то, что даже найдя их у меня, опознать вряд ли смогут. Красивая брошь в виде серебряной звезды, покрытая мелкими сапфирами и россыпью бриллиантов, принадлежавшая кому-то из первых Галлийских, да кольцо с руной Ансуз, что помогает в поиске своего предназначения, тому, кто ещё не обрёл смысл жизни и не понимает, в каком направлении двигаться. Подарки отца из семейных запасов, а уж он вовек не расскажет, что они могли принадлежать сбежавшей из Храма дочери. Последняя ниточка, что болезненно связывает обезличенную Илию и тану Октарию Галлийскую.

Малодушно, знаю. За столько лет могла бы и привыкнуть. Только, видимо, чтобы отпустить прошлое, надо создать хоть какое-то настоящие, имеющее пусть призрачную, но надежду на будущее. А так, головой-то давно все понимаю, а душа цепляется за старое, не желая расставаться с лелеемыми некогда мечтами, упираясь и хныча, словно бесы изгоняемые святым Идом из тел юных блудниц.

Болото кажется бесконечным, а каждый шаг дается все труднее. Ноги вязнут и я боюсь оступиться и отпустить руку спутника, понимая, что топь мгновенно возьмет свои жертвы, как только связь прервется. Сам Витар идет молча, стараясь ступать след в след. Его коню приходится совсем несладко, но животное удивительно умное и не пытается вырваться, хоть и порой проваливается чуть ли не по брюхо. Но вард не отпускает узду и его вороной выбирается и продолжает путь. Хвала Древней, с последними лучами света мы наконец-то чувствуем под ногами твердую землю.

И даже находим старую тропу, что когда-то выводила жителей погибшего селения к тракту. Видимо раньше тут поддерживали приличную гать, чтобы добираться кратким путем в Талму.

Я буквально падаю на сухую почву, прислоняясь к гладкому стволу огромной осины. Мужчина опускается рядом.