Даже если вам немножко за 30, или Герой (не) моего романа!

Надо ли напоминать о том, что память со мной сыграла дурную шутку?

Бог вздохнул и уставился на меня своими невероятными глазищами.

— От семнадцати родов на своем месте остались только аметистовые. Те, кто сейчас занимает должность наместников не являются потомками тех родов, которых выбирал я. Анлунирон, кстати, должен был стать наместником северных земель, а не осесть в столице. О Сабине и вовсе нечего говорить, вторая ветка рода, которая обнищала, утратила память о славных предках. Да к тому же настолько разбавила свою кровь, что в итоге осталась лишь латентным носителем магии.

— И я даже знаю, кто во всем виноват. — Не сдержалась я, думая, конечно же, о боге.

— Я не умаляю своей вины. Я слишком поздно пришел к мысли, что нельзя пытаться стать тем, кем ты не являешься. Какой бы тяжелой не казалась ноша, ее нужно нести с достоинством. Впредь я подобного не совершу. Урок был слишком горьким.

Хотелось бы в это верить. Но ведь не зря говорят, что горбатого лишь могила исправит? Кто знает, может через тысячу лет богу осточертеет тащить Ялмез, и он снова найдет кому скинуть роль надзирателя, а сам отправится на Землю…

— Время нас рассудит, Сабрина. Так вот, я не договорил. Сигуран имел реальный шанс стать мной. Полностью опустошить меня и получить доступ к безграничному резерву. Это он, собственно, и планировал, и надо сказать, почти успешно воплотил в жизнь. Для начала, прекрасно сознавая, что в первые сто лет я точно не вернусь, методично избавлялся от наместников: большинство погибло от различных болезней, кого-то настигла недружелюбная стихия, но итог был один — вырождение. Ситуация Анлунирона идентична той, что с остальными представителями некогда славных родов.

— Но ему оказался не по зубам род Данерта?

— Верно. Даже учитывая то, что Сигуран давно перетянул процентов сорок энергии из древа к себе, напрямую навредить королевской семье он не мог. А вот чужими руками… Да если гнильца из семьи идет. К тому же он не просто так был наставником прапрадеда Данерта, потом его прадеда, затем деда и отца…

— И учителем мужа он тоже был. То есть он все время проделывал один и тот же фокус? Умирал под старым именем, а возрождался в виде какого-то дальнего родственника?

— Да, заметь, фокус отлично работал. Никто даже не заподозрил обмана. А влияние на всех жен королей он имел колоссальное. Думаешь, тот трубадур просто так объявился спустя столько лет? Я о первой любви матери Данерта. Королева была безумна, безумна искусственно и в Данерте видела своего врага. Рассудок был помутнен…

— То есть… — я зажмурилась, — получается, что королева и правда вполне довольствовалась заменой? Первую любовь на власть?

— Да, но ровно до тех пор, пока не забеременела вторым сыном. Вот тогда Сигуран решил, что ждать больше он не хочет.