Даже не мечтай!

— Сейчас разберемся с делом Лили, ты пока отъешься и поправишь здоровье, а когда вернемся буде решать, как быстрее устроить ваш брак с Омиллон.

Черный расцвел благодарной улыбкой, мужчины встали, позвали Лилию и отправились назад к тракту.

Между тем их появления в придорожной гостинице и не заметили. Во дворе шла драка. Отяжелевшие от выпитого и съеденного мужчины отбивались кнутами от более худощавых и гибких новобранцев, которых капрал на свою беду завел в трактир «водички попить». Возчики были крупнее и опытнее, но будущих солдат королевской армии было больше. В пылу трещали телеги других постояльцев, летали табуреты, рушились столы, билась посуда. Иссиэль быстро оценил ситуацию и дернул Блекрайна за рукав:

— Видишь, на крыше?

Черный не сразу сообразил, на что указывает старший товарищ.

— Залезь и опрокинь.

Хитрый трактирщик уставил прочную крышу навеса бочками с водой. Вероятно такую, нагретую солнцем воду и подавали в номера постояльцев, желающих искупаться в такую жару, все дровам экономия. Эти бочки и приметил единорог. Он подсадил мальчишку на высокий забор, а там уж Блек справился сам — побежал по краю, толкая бочки, заливая драчунов тепленькой водичкой. Драка на миг остановилась, и тут вмешался единорог, громко крикнув:"

"— Именем короля! — пауза удлинилась. — Прекратить драку, иначе все участники будут отмечены магическим сыском! — и засветил на ладони небольшую зеленоватую печать.

Капрал тут же начал раздавать свои команды подчиненным, стращая их изгнанием «назад, коровам хвосты крутить», а трактирщик вылетел из здания с кружками сладкого вина. Люди опомнились, начали собирать мебель и поднимать потоптанных в общей свалке. И в этот момент выяснилось, что у некоторых есть ножевые раны, у многих — серьезные раны от кнутов, а еще несколько переломов, ушибов и целая пригоршня выбитых зубов.

Возчикам досталось меньше — они и покрепче и кнуты позволяли держать солдатиков на расстоянии, но ужаснее всего выглядели два молодых парня получившие ранения в живот. Их уложили на сено во дворе, и капрал бледнея начал требовать лекаря.

— Дак нету у нас лекаря, — развел руками трактирщик, — бабка Меланья хвори травками врачевала, да померла зимой.

Иссиэль уже проверивший их телегу и убедившийся, что простенькое заклинание устояло, повернулся к Лилии:

— Ты сможешь что-нибудь сделать?

Девушка закусила губы, глядя издалека на бледных парней.

— Боюсь. Я плохо помню, что надо делать, и никогда не работала одна.

— Значит, уходим, — решил единорог.

Ему как существу, несущему в себе свет было больно видеть умирающих мальчишек, но если они умрут под руками неумелой лекарки, это станет тяжелым испытанием для девушки.