Дедушка сказал, что я избранный! Книга 2

Он висел на поясе гвардейца, вместе с ещё несколькими такими же — широкими серебряными пластинами, в которые были вмонтированны крупные драгоценные камни.

— Я не настолько тебе доверяю, чтобы вручить жизнь ребёнка. Не устраивает моё слово — просто уходи. Напомню, это не я заявился к тебе с предложением договориться.

В голосе главы торговой стражи, которым без сомнения был второй мужчина, зазвучали резкие нотки, и его столичный коллега примирительно поднял руку.

— Ничего личного. Просто я нервничаю, когда не могу быть полностью уверен в людях.

Мне удалось подойти ещё ближе. Теперь я буквально стоял на расстоянии вытянутой руки от гвардейца, а ощущения от живы в его артефакте сильно изменилось. Раньше я просто чувствовал её родство. Теперь же, на таком расстоянии, казалось, что на его поясе висит часть меня самого. Безжалостно отрезанная от тела и засунутая в артефакт.

В нескольких метрах от меня медленно поднялся на ноги стражник.

— Никто, никогда и ни в ком не может быть уверен полностью. Но у меня хотя бы есть свои резоны. Сулмету не стоит опасаться.

На лице гвардейца появилась раздражённая гримаса. Я же отчаянно сопротивлялся тяге к артефакту. Аура буквально зудела, желая воссоединиться с ним. Наверное, схожее чувство испытывает человек, которому обещают при помощи целительской техники вернуть на место палец. Только, в моём случае, желание было многократно сильнее.

Когда присланный из столицы воин начал отвечать, я все же не выдержал. И, протянув руку, коснулся пальцем зелёного, окованного серебром, камня, внутри которого пульсировала моя жива.

В следующий миг я вдруг понял, что пальцы перестали различать границу между собственной кожей и холодным камнем. Казалось, артефакт стал частью моей руки, Настолько, что у меня не получалось отдёрнуть её. По той простой причине, что энергия, бывшая внутри крупного изумруда, намертво слилась с моей аурой. И я не находил ни единого способа убрать свою руку без использования живы. Что, в свою очередь, разом раскрыло бы маскировку.

Выручил меня, сам того не желая, сам гвардеец. Резко шагнул в сторону, разорвав контакт и дав разуму возможность снова нормально мыслить. Я ощутил приток живы, которая сразу же закрутилась вокруг ядер, а вот внутри камня неожиданно послышался тихий треск. После чего тот фактически раскололся на четыре части, при этом, каким-то чудом оставшись внутри серебряной пластины. Моя маскировка не слетела. Но офицер Сулмета произошедшее почувствовал и опустил взгляд, рассматривая висящий на поясе артефакт.

Не успел я тихо попятиться назад, как загремел его голос.

— Что это за фокусы? Заманил меня в ловушку?

Рявкнув, он одновременно окружил себя щитами, опустив пальцы на рукоять меча.