Литерный поезд генералиссимуса

Раздался звон разбитого стекла; услышал, как граната покатилась по дощатому полу, и, прежде чем прозвучал взрыв, успел бросить в соседнее окно еще одну гранату. Ухнуло громко, дом как будто бы подпрыгнул на месте, разбросав по сторонам куски крыши, потом как-то сразу осел и скособочился.

В пристрой и в огород полетело еще несколько гранат. Взрывы раздавались один за другим, взметнув вверх землю и вырванные с корнем кусты, полыхнули огнем.

– Все, уходим! – Свиридова захлестнуло ликование. – Конец товарищу Сталину!!

В два прыжка он достиг машины и юркнул в салон. Следом, так же расторопно, вскочили на заднее сиденье майор со старшиной.

Герасим отчего-то медлил, посматривая на разрушенный дом. То, что осталось от дощатого пристроя, уже занялось огнем, угрожая распространиться на весь дом.

– Быстрее! – крикнул Свиридов, в нетерпении махнув рукой.

Боец лишь вяло повернулся на окрик. Свиридов невольно поскрежетал зубами: на левой стороне гимнастерки он увидел расплывающееся пятно. Раненый сделал один шаг, потом другой, столь же нерешительный. После чего ноги вдруг перестали держать его отяжелевшее тело, и он рухнул в полный рост, так и не дотопав до машины.

– Осколком зацепило, – произнес старшина, – надо его в машину.

Распахнув дверцу, он уже хотел было выйти из салона.

– Назад, старшина!! – во всю мощь легких закричал Колыванов. – Ты хочешь его до госпиталя, что ли, довезти?!

Вытащив пистолет, майор дважды пальнул в лежащего через приоткрытое окно.

– Все, теперь он труп, даже если им не был! Езжай!!

Машина сорвалась с места, брызнув по сторонам галькой. Неожиданно прямо на них, отрезая дорогу к отступлению, выкатил грузовик.

– Разворачивайся! – выкрикнул Свиридов.

 – Не проскочишь!

Храпов крутанул рулем, и колеса застучали по неровностям, а в днище громко и нервно застучала подсохшая грязь. Что-то сильно чиркнуло под ногами. Пробуксовали колеса, в какой-то момент показалось, что машина встанет, но она с остервенением вырвалась из плена и на большой скорости покатила дальше."

"Раздались короткие автоматные очереди: справа, слева. Свинец шумно царапал крышу.

Улица как-то вдруг сразу ожила, сделалась многолюдной. Из соседних домов повыскакивали военнослужащие и, отрезая «Доджу» пути отступления, выбежали на дорогу, угрожая оружием.

А позади, стремительно сокращая расстояние, напирал грузовик.

– Давай туда! – крикнул Свиридов, показав свободный переулок.

Резко, заваливаясь на левую сторону, свернули в узкий переулок.

Позади, догоняя, звучали одиночные пистолетные выстрелы. Торопливо и басовито затрещал пулемет. Ему в ответ, где-то рядышком, пробив боковое стекло, засобачилась автоматная очередь.

– Брать живым! – прозвучал чей-то истошный голос, перекрывая грохот выстрелов.