Декрет для Ягодки

– Ну почему ты сразу всё видишь в плохом свете? Или это твоя юношеская убежденность, что ты и семья – это несовместимые понятия, а любовь так вообще выдумка глупых романистов- писателей?

Я снова молчала, так как подруга била по слабым местам, где и так последнее время всё было очень нестабильно. Сплошные землетрясения и цунами.

– Берсеньева, хорош отмалчиваться! – психанула Амарена, хлопая ладошкой по столу.

Вздрогнула от неожиданности и перевела взгляд со стаканчика с мороженым на девушку.

Упорную и сердитую.

– Что?!

– Что?! – передразнила она меня. – А ничего! Вот сейчас профукаешь своё счастье, а потом будешь слёзы лить, да только поздно будет.

Поздно не бывает или бывает? Ковальский кажется такой постоянной фигурой в моей жизни.

– Ой, вот она! Мирослава, привет! – радостный клич по силе звучания схожий с зовом индейских племён к атаке оглушил меня на правое ухо. – Тётя, идёмте знакомиться. Какая встреча!

И правда! Где моя сабля и бронежилет?

Любаша сама присела справа от меня на свободный стул, а женщину в возрасте усадила между собой и Амареной, которая тоже большими глазами смотрела то на меня, то на эту парочку.

И если девчонка была весёлая и радостная донельзя, то дама явно нервничала и периодически озиралась по сторонам. Ей знакомство со мной точно было поперёк горла.

– Привет, – наконец-то выдавила из себя, так как молчать дальше было уже совсем неприлично. – Это моя подруга Амарена, а это Любовь.

И хрен знает кто ещё из семейки моего бывшего босса.

– Ой, какое необычное имя! Вы нерусская? – шквал энергии девчонки теперь обратился на Амато.

Тут, главное, держаться покрепче, и я сжала посильнее ложку, который ела десерт.

– На половину испанка, – сухо пояснила подруга, не понимая, как себя вести дальше.

– Любаша, успокойся. Ты ставишь людей в неловкое положение, – строго одернула девчонку женщина. – Прежде нужно было представиться, а только после задавать личные вопросы.

Нудистка. Но этой торпеде не помешает порция успокоительного.

Женщина ещё раз быстро оглянулась по сторонам и только после сосредоточила внимание на мне. Прямой взгляд, пробирающий до печёнок, что я тут же забрала свои мысли об нудизме обратно.

– Извиняемся за столь хаотичное вторжение.

Я, Ковальская Елизавета Сергеевна, мама Владислава.

Зря я не сбежала сразу! Вот точно зря!

Сейчас эта женщина меня трижды линчует и публично опозорит, пытаясь очистить душу любимого сына от дьявольского проклятия.

Из оружия у меня была только ложка, плюсом шли острый язык и отважная подруга.

От напряжения даже в висках молоточки застучали, а язык к нёбу прилип. Вот что бывает, если первое в жизни знакомство с мамой твоего мужчины происходит уже не в юном возрасте, когда эмоции бьют по мозгам.