Декрет для Ягодки

Его бешеный, звериный взгляд на меня действовал столь же разрушительно, что и поцелуй. Так что, когда его глаза опустились на мою грудь, едва прикрытую тонким хлопком сарафана и нежным кружевом бюстгальтера, я знала, что он там лицезреет.

– Ковальский, ты вообще озверел, – хрипло прокомментировала выходку шефа.

– Ошибаешься, клубничная моя! Если бы было вообще, то я бы сейчас трахнул тебя сначала на этом столике, а потом ещё разок для закрепления пройденного материала на полу в коленно- локтевой.

И если верить его глазам, то он точно мог сделать.

Тут назрел вопрос – как я умудрилась проморгать причину таких перемен?! Как? Если мы даже работаем в одном кабинете.

– Зайка моя, ещё раз такой экспромт, и я сама тебя трахну. Только чем-то очень тяжёлым или колющим, – чётко и ясно пояснила мужчине, откидывая вилку в сторону, пока действительно не воткнула куда-нибудь.

Аппетит всё равно пропал, а точнее, сменился.

– Не ударишь, – усмехаясь, уверенно заявил босс.

– А не надо меня провоцировать, – рявкнула в ответ, возвращаясь в своё кресло у иллюминатора.

Сложила руки на груди, чтобы прикрыть до сих стоящие соски от откровенного взгляда начальства.

– Будешь продолжать в том же духе – уволюсь, – выдвинула свою угрозу спокойным голосом, рассматривая местность, над которой мы пролетали. – Я уже нашла новое место работы.

Ну, правильнее сказать не я, а моя подруга, но подробности для этого озабоченного можно опустить.

В ответ молчали, так что пришлось прервать просмотр ландшафта.

Ковальский мою угрозу воспринял, надо отметить, серьёзно, и теперь вместо страсти в его взгляде полыхала злость.

Замечательно, пусть лучше злится, чем совращает меня каждым своим движением. Учитывая мою бурную реакцию на его действия, надо быть очень осторожной, дабы избежать сцен «развратного» понедельника."

"Глава 6"

"Мирослава

И жизнь моя наладилась, вернув босса в привычное русло.

Прошли уже сутки с момента нашего разговора в самолёте, как меня игнорируют, загружая работой по самую маковку. Уж лучше так!

– Может, твой Ковальский нарочно тебя приставаниями изводил, чтобы теперь ты как лошадка пахала и гривой радостно потряхивала.

Мол, мой господин, ещё работы, ещё!

Странно, что не мне пришла такая идея первой, а Ами.

– Чёрт! Всё возможно! С него станется, – подтвердила я догадку подруги. – Ведь теперь я, уже лишённая сна почти сутки, до сих пор молчу.

– Вот! – возликовала подруга, что её голос из динамика, включенного телефона на громкую связь, эхом отразился от кафельных стен ванной комнаты.