Дела эльфийские, проблемы некромантские

Мне сразу вспомнились ученицы Академии, которые подобные выпадки Ли встречали нестройным выдохом и полуобмороками.

— Ты уверен, что они восхитятся рельефом твоих мышц, а лицо показать не потребуют? — задумчиво проговорила я.

— Так в этом и план. Пока я отвлекаю внимание, вы им всучите по паре золотых, и они отстанут!

— Может, сразу всучить пару золотых и тобой не рисковать?

— Чтобы в случае, если что-то пойдет не так, вас разорвала толпа взбешенных оборотней? Вот еще. Как я могу пропустить растерзание моих учителей?

Поллиэ пискнула, жалобно вцепившись в штанину Гила, и чуть было не явила нам другую обнаженную мужскую половину.

Полуоборотень крякнул, но штаны все же успел перехватить.

И снова решили, что с Ли на Арену должен отправиться Лесс. Точнее, они решили, что Лесс, а я — что идти обязательно нужно мне. Поэтому теперь наши белая и черная фигуры в капюшонах пестрели за плечом оборотня, словно светлый и темный духи, склоняющие бедолагу на свои стороны.

Брать с собой демоницу мы не рискнули, в конце концов, кто знает, что произойдет, увидь девочка на поле битвы Тима.

Не спалит ли она там мирных зрителей к хриссам собачьим, а вместе с ними — всю нашу маскировку?

— Все равно я с вами пойду, — пропыхтела Поллиэ, когда мы протянули ее, обмотанную веревкой, словно коконом, Гилу. Полуэльф погыгыкивал, явно придумывая, какую гадость можно сделать в таких условиях.

А вот выражение лица Саэла было таким гнетущим, что так и хотелось отвести его обратно и сдать мучителям. Во взгляде читалась немая мольба «я только что сбежал из рабства, и мне очень-очень стыдно», поэтому мы решили его оставить ждать нас в природнившихся Ли кустах.

Оборотень довольно живо возразил, что скоро наступит новая смена храмовников, которая будет изрядно удивлена отсутствием на посту их — по нашей милости усыпленных и полуобнаженных — сотоварищей, а оттого лучше нам на одном месте долго не засиживаться. На всякий случай он еще раз стукнул их лбами, словно желая сильнее углубить их обморок, а мы мелкими перебежками отправились в путь, стараясь не натыкаться на стражу. Не знаю, как Лесс, но я точно не чувствовала себя в полной безопасности даже под личиной храмовника. Каждый удар сердца мне казалось, что вот-вот нас поймает настоящая стража и все задумки провалятся на корню, Тима мы не спасем, нас никто никогда не разыщет и мы погибнем в неволе во цвете лет. Мне, конечно, не привыкать участвовать в дурацких задумках, но я надеялась, что с возрастом это пройдет. А оно, напротив, приобретает только все больший размах.