Дела Тайной канцелярии

Недоброе предчувствие кольнуло Вертемягина, когда девица начала выкидывать неподобающие фортели. Сперва отпросилась в клозет, а после и вовсе вдруг перепугалась и разревелась. К счастью, она все же подписала бумаги, и Вертемягин вздохнул с облегчением, когда нервная дамочка наконец удалилась. Осталось заполнить протокол опознания, заверить бумаги у начальника крепости, и тогда проклятый анархист отправится туда, где ему самое место. На виселицу.

Дивногорского Вертемягин не опасался. Руки и ноги преступника сковывали кандалы, цепь от которых тянулась к вмонтированному в пол кольцу – ну что он может сделать? Выпроводив дамочку, Вертемягин уселся за стол и начал торопливо записывать «показания» свидетельницы, изредка поднимая голову и поглядывая на заключенного.

Нет, все же девицу можно понять. За время пребывания в тюрьме с Дивногорского слетел весь лоск, и теперь, в свете керосиновой лампы, грязный и нечесаный анархист действительно выглядел жутко и напоминал гориллу. Как раз недавно Вертемягин видел чучело в Кунсткамере.

Однако плохое предчувствие не отпускало, поэтому, когда с треском рухнула дверь, колдун был готов и выставил щит за миг до того, как летящее огромное тело сшибло его с ног.

Благодаря щиту Вертемягин не упал, прижатый тяжелыми лапами, а просто отлетел к стене, больно ударившись спиной, и сполз по ней на пол. Черт не собирался его сжирать, иначе никакой щит атаки бы не выдержал. И окрик Дивногорского:

– Стой! Он нужен живым! – только подтвердил догадку Вертемягина.

Огромные клыки, нависшие над лицом, отодвинулись в сторону. Рык зверя резанул по ушам.

…Значит, заложник. Дивногорский хочет таким образом выбраться из тюрьмы.

Но… как этот огромный зверь попал внутрь?

Догадка поразила как молния. Девица! Она и есть черт Дивногорского! Ведь сам Вертемягин ни разу не видел девку из ювелирного! Проклятье, как же такой опытный следователь позволил настолько легко обвести себя вокруг пальца? Но… чертовка же прошла проверку серебром? И почему не напала сразу, зачем этот цирк с боевой формой?

Вопросы вихрем крутились в голове, а рык между тем стих, и чертовка замерла в ожидании приказов хозяина.

Дивногорский уставился на Вертемягина, и ухмылка на поганой роже анархиста становилась все шире.

Раздался глухой противный смех.

– Ну что, Брандсборя, встать-то сможешь? А то нести тебя к выходу будет не слишком удобно.

Вертемягин не ответил. Дивногорский, сам не подозревая, вручил ему тонкую ниточку, ведущую к спасению.

Сделав вид, что в ярости пытается вскочить на ноги, колдун вскрикнул, застонал и завалился на бок. Притворяться особенно и не пришлось – ударился он сильно, возможно, даже сломал пару ребер. Но идти он сможет. И… не только идти.

Зато дурак-анархист купился.