Дела Тайной канцелярии

Что-то хрустнуло.

Лицо Хосе немедленно налилось кровью, и он зашипел от боли."

"Афонсу кинулся к товарищу. Ему стало наплевать на конспирацию: то, что творил ментор, выходило за рамки разумного. Афонсу уже открыл рот, чтобы потребовать прекратить безобразие, но в этот момент поднявшаяся на ноги Паула фурией кинулась на Мануэля и повисла у него на руке.

– Отпусти его! Хватит, слышишь?! – Девушка принялась колотить кулаком по спине Мануэля.

Но тот едва удостоил ее взглядом.

– Отойди, – бросил он, – мы сами разберемся.

Паула отпрянула, дернула головой, переводя взгляд с Мануэля на Хосе, и, внезапно, отбежав на несколько шагов, вытянула руку вперед и запела. Ее пальцы задвигались в такт мелодии, а точнее – заклинанию, а в воздухе появились светящиеся нити чародейских знаков.

Афонсу почувствовал, как по телу разливается приятное тепло. Стало так хорошо и спокойно, что драка, происходящая на берегу, показалась совсем нереальной и даже нелепой на фоне прекрасного озера, высоких деревьев и мягкой травы.

И, судя по всему, такие же чувства испытывали остальные. Мануэль разжал руку, Хосе с негромким стоном упал на траву и начал растирать поврежденный локоть. А Мануэль… Да нет, никакой не Мануэль, а ментор Педру повернулся к Пауле и посмотрел на нее. На его губах промелькнула знакомая каждому студенту знаменитая улыбочка, но лишь на мгновение. И Паула не заметила. А потом ментор снова стал Мануэлем, лицо которого выглядело весьма растерянным.

– Да ну вас с вашими колдовскими штучками. Это нечестно, – слегка обиженно проговорил он, махнул рукой и, отвернувшись, зашагал обратно к воде. Подобрал удочку и принялся демонстративно осматривать ее на предмет повреждений.

Паула перестала петь, подбежала к Хосе и начала ощупывать его руку.

– Да все в порядке, не волнуйся, – попытался успокоить девушку Хосе, но тут же сморщился от боли.

– Ничего не в порядке. У тебя вывих. Сейчас, потерпи немного.

Чародейка резко дернула за руку. Хосе выпучил глаза и открыл рот, но вместо того чтобы вскрикнуть, резко выдохнул, и по его лицу расплылось блаженное выражение.

– Спасибо, – глуповато улыбнувшись, проговорил он.

– Так, – Ана огляделась по сторонам, – Хосе, Паула и ты, Афонсу, давайте-ка в лагерь. А то сюда сейчас толпа сбежится.

И она была права: вниз по тропе уже стайкой спешили девушки, до этого сидевшие возле костра. Вероятно, они услышали крики или ощутили чародейство Паулы.

– Ой, что случилось? – принялись спрашивать они наперебой.