Смотри, но не трогай

Если бы я знала, что мне придется расхаживать в таком виде по университету, ни за что бы не выбрала этот комплект. Слишком уж он откровенный.

Господи, какой позор! Если присмотреться, через тонкое кружево лифчика можно разглядеть соски. Которые, как назло, еще и колом встали. Бунтуют бедненькие. Не хотят становиться достоянием общественности.

Шумно выдыхаю и яростно стягиваю с головы треклятую полиэтиленовую шапочку. Сглатываю волнение, морально готовясь к неизбежному, а затем шагаю вперед и резко распахиваю дверь раздевалки.

Стыд багровым пламенем жжет щеки, но иных вариантов выхода из сложившейся патовой ситуации я не вижу. Как только узнаю, кто устроил этот беспредел, прикончу на месте. Слово даю.

Тимур

Грановской нет подозрительно долго. Такое ощущение, что мы где-то прокололись и наша юмористическая затея пошла не по плану.

– Ты сделала все, как договаривались? – недоверчиво кошусь на Веро.

– Конечно, – кивает. – Только я не понимаю, с чего ты взял, что она решится выйти. На вид обычная провинциальный скромница. Наверняка сидит в раздевалке и рыдает.

Я не согласен с Ланской: Лера, может, и провинциалка, но точно не скромница. Вряд ли она предпочтет пропустить пары из-за украденной одежды. Хотя… Возможно, я просто плохо ее знаю.

– Ну чего, стриптиз отменяется? – лениво бросает Ран, залипая в телефоне. – Девица, походу, сдрейфила.

– Да погодите вы, – ехидно вставляет Вероника. – Может, у нее шок. Дадим ей время с ним справиться.

Снова смотрю на бывшую и ловлю на идеально отштукатуренном лице выражение мстительного триумфа. Это немного странно, ведь конкретно ей Грановская ничего плохого не делала. Откуда столько злорадства?

Если честно, я даже удивился, как легко и быстро Вероника согласилась сыграть свою роль в нашем с Раном коварном плане. Думал, будет отнекиваться, взывать нас к совести… Ну, знаете, как это принято у хороших девочек. Но она, наоборот, сразу нас поддержала. И даже пару дельных предложений внесла.

В очередной раз убеждаюсь, что женщины – народ вероломный."

"Проходит еще несколько минут унылого ожидания, прежде чем Лера наконец показывается на лестнице. Вопреки моим ожиданиям, она не сутулится и не стремится прикрыть руками позорную наготу. Напротив, идет с гордо расправленной осанкой и высоко поднятой головой. Вышагивает так, будто на ней королевская мантия, а не один лишь крошечный комплект белья, который и одеждой-то не назовешь. Он вообще ни хрена не скрывает…

Во рту какого-то черта выделяется слюна, словно я голоден. Хотя пообедал лишь полчаса назад. С усилием сглатываю и нервно сжимаю кулаки. Неужели это Грановская на меня так действует?

Кожа у нее белая. Гораздо более бледная, чем я себе представлял. По оттенку напоминает топленое молоко.