Дело о немом партнере. Дело заикающегося епископа. Дело о хромой канарейке. Дело о предубежденном попугае

Он сообщил, что ведет переговоры об аренде помещения, из которого получится идеальный склад. Письмо было радостное, заканчивалось тем, что он надеется вернуться через несколько дней.

— Я полагаю, вы не слишком хорошо знакомы с его почерком и…

— Я не сомневаюсь, что письмо написано мистером Сейвином… Джорджем Вольдманом, как я привыкла его называть.

— Но факты доказывают, что тело лежало в той хижине, простите меня за такую неделикатность, она вынужденная… вот, данные показывают, что он был убит во вторник, шестого сентября.

— Как вы не понимаете? — возразила Элен устало.

 — Он проверял мою любовь, испытывал ее и продолжал играть роль Вольдмана. Ему хотелось удостовериться, что я люблю его. Никаких помещений он и не думал снимать. Письма были написаны заранее, он организовал дело так, чтобы их мне посылали постепенно, из разных мест.

— Это последнее письмо: при вас?

— Да.

— Могу ли я взглянуть на него?

Она решительно сказала:

— Нет!

— Почему?

— Письмо чисто личное. Я понимаю, что в мои дела рано или поздно вмешается полиция. Но я постараюсь не придавать его письмам огласки до последней минуты, пока дальше нельзя будет отказывать.

— Это случится очень скоро. Поймите, если он кому-то действительно поручил посылать вам письма, то, возможно, как раз этот человек видел его последним в живых.

Элен ничего не ответила.

— Когда вы поженились?

— Двадцать шестого августа.

— Где?

После небольшой заминки она вздернула подбородок и ответила:

— Мы пересекли мексиканскую границу и поженились.

— Почему?

— Джордж… Мистер Сейвин сказал, что по некоторым соображениям он предпочитает оформить брак там… и…

— Да?

— Мы должны были потом вторично венчаться в Санта-Барбаре.

— Почему там?

— Он признался… он… что его бывшая жена добилась развода, но решение еще не оформлено, то есть законно он еще не свободен, поэтому могли возникнуть сомнения относительно правомочности нашего брака. Он сказал… но в конце концов, мистер Мейсон, это уже личное дело!

— И да, и нет.

— Ну что ж, рассматривайте это дело как угодно. Выходя за него замуж, я понимала, что формально заключение брака сомнительно с точки зрения закона. Но меня это не волновало, поскольку я не сомневалась, что в самом ближайшем будущем мы оформим все документы совершенно законно.

— Короче, вы считали свой брак незаконным?

— Нет, нет… Когда я назвала его сомнительным, то имела в виду, что брак выглядел бы незаконным, если бы мы регистрировались здесь. Все это трудно объяснить… да и вряд ли теперь это имеет какое-то значение.

— А как у вас появился попугай?

— Мой м… мистер Сейвин всегда хотел иметь попугая.

— Понятно. Сколько времени он у вас живет?

— Мистер Сейвин привез его в пятницу второго числа. За два дня до своего отъезда.