Дело о немом партнере. Дело заикающегося епископа. Дело о хромой канарейке. Дело о предубежденном попугае

Вы проморгали эти акции, а я их подобрал. Вы мне нравитесь. Мне бы хотелось, чтобы и вы относились ко мне так же. Но всякий раз, когда вы допустите ошибку и я смогу на этом заработать, я намерен так и поступить. Таковы правила игры. Вы знаете, что мы могли бы прекрасно договориться и насчет остальной части учредительного фонда. Вы сохраняете свое место, по-прежнему управляете делом, я получаю пятьдесят один процент и…

Она покачала головой.

— Вы бы зарабатывали не меньше, чем сейчас, — продолжал он, — и, кроме этого, располагали бы неограниченным капиталом для дальнейшего расширения дела.

Я мог бы стать для вас выгодным партнером.

— Нет, благодарю вас. Нам вполне хватает и того, что мы имеем.

— Ну что ж, тогда просто зарегистрируйте передачу мне этих пяти процентов.

— Чего вы пытаетесь добиться? — спросила она.

— Ничего, — ответил он с простодушным видом, который так хорошо умел на себя напускать. — В работе мешать я не буду. Останусь на втором плане, так сказать, немым партнером. А вы давайте продолжайте зарабатывать свои миллионы. Теперь, когда у меня появился интерес, мне даже нравится, что правление все вечера отдает работе.

Он коротко хохотнул, поднял свое длинное, худое тело с кресла и тяжелой походкой направился вдоль прилавка к выходу. Провожая его взглядом, Милдред знала, что острые глаза под нависшими бровями не пропустят по дороге ни одной, даже самой незначительной детали.

Несколько минут она сидела молча, напряженно о чем-то размышляя, потом отодвинула эскизы на край стола и позвала Лоис Карлинг, дежурившую за прилавком рядом с входной дверью.

— В девять тридцать закрывайся, Лоис.

Я ухожу и сегодня уже не вернусь.

У выхода из магазина она задержалась и мельком оглядела себя в большом, в человеческий рост, зеркале. В свои тридцать два года Милдред имела фигуру двадцатидвухлетней девушки, а опыт последних семи лет, ушедших на создание ее ныне процветающего бизнеса, закалил ее дух и тело: она научилась трезво мыслить и находилась в прекрасной физической форме. От нее исходило какое-то особое ощущение собранности, деловитости, уверенности в собственных силах; все это само по себе исключало дряблые мышцы и излишки плоти.

Только человек, целиком отдающий себя работе, мог обладать такой подтянутой фигурой и самим своим видом внушать другим такую же веру в свою компетентность."

"Лоис Карлинг наблюдала за Милдред, пока та не закрыла за собой дверь. В ее глазах притаились горечь и еще что-то, похожее на зависть. Лоис олицетворяла собой энергию юности, взрывную силу молодого вина, в то время как Милдред Фолкнер, напротив, обладала зрелой неповторимостью вина многолетней выдержки.