Колдун на завтрак

— В каком смысле? Никакого «кто кого» и наоборот, я говорю, за ружьём побежим!

— Да слезь же наконец, болтун лампасовый, раздавил всё что надо и не надо…

Я подтянул колени к груди, обхватил руками, пару раз качнулся туда-сюда, вроде как «для разбега», и, бодро вскочив на ноги, схватился рукой за дуло старого турецкого ружья. Юркий бес буквально секундой позже вцепился уже в узкий изогнутый приклад, радостно завопив:

— Ага, хорунжий, проиграл?! Нашего брата по скорости нипочём не обскачешь!

— Возможно…

— Да точно, точно! Моя победа, я первый успел! А ты, дурак, к дулу кинулся, а курок-то вот, мне тока пальчиком пошевелить и…

— И что будет? — невинно полюбопытствовал я, крепко держа ствол под мышкой.

— Чё будет, чё будет… Пальну и… — Бедный охранник так ещё и не понял, в чём суть. — Ты это… дуло-то отпусти, мне так палить несподручно. Я ж не попаду!

— Был бы рад помочь, но мне пора. Хозяйка ждёт. — Я ловко развернулся на каблуках, перехватив ствол ружья под другую руку.

Бес упёрся ножками, надулся, покраснел, но всё равно поехал за мной, скользя копытцами по гравию."

"— Ты чё?! Ты куда? У меня ж пост! Ты чё творишь ваще, беззаконие полное?! Я ж тя… пальну ведь, как бог свят, пальну!

— В стену или в потолок? Да валяй, мне-то с того…

— Иловайский, стой! Ты мне по традиции ружьё испортить должен, а не в город на буксире тащить! Стой, те говорю, так нечестно!

Я не останавливался. Бес вопил, верещал, ругался, грозил, матерился, проклинал, увещевал, обещал, клялся и льстил, не умолкая ни на минуту…

— Меня же уволят! Со службы попрут коленом взад, пятачком по чернозёму — праздник первой борозды! Мать твою, грешницу, да вот уже и стены городские… Стой, человеческим языком прошу, псих в папахе с мозгами набекрень! Нельзя мне туда-а-а… Смилуйся, чё хочешь сделаю-у!..

— А ладно, — пошёл я навстречу его пожеланиям. — В конце концов, мы оба люди военные. Давай сюда ружьё, сейчас что-нибудь сломаю по-быстрому, и беги на службу со спокойным сердцем…

— Ты настоящий друг, хорунжий, — с чувством подтвердил маленький усатый кавалергард, козыряя и отходя в сторону. — Кремень вывинти, и довольно, чё совсем-то казённое имущество гробить…

— Логично. — Легко вытащил из замка чёрный кусочек кремня и вернул оружие бесу. Тот церемонно принял его на плечо и, красиво развернувшись, строевым высоким шагом пошёл восвояси.

Я пожал плечами и прикинул, сколько же мне ещё топать до ближайших ворот. Минут пятнадцать, не меньше, странно, что Катенька ещё никого не послала меня встретить. Обычно она в волшебной книге всё видит, незаметно через арку к Оборотному городу не подойти…

— Эй, хорунжий! — торжествующе раздалось сзади. — А у меня этих кремней в кармане штук пять. Я уж всё починил!

— А, ну как же, — не оборачиваясь, бросил я.