Дело Рихарда Зорге

На самом деле группа стала встречаться каждую среду, и с этого времени получила название «Клуб среды».

Сам Коноэ редко присутствовал на этих встречах, однако относительно небольшой круг писателей, ученых и чиновников, известный всем как «мозговой трест Коноэ», считал «Клуб завтраков» идеальным форумом для конфиденциального, откровенного обмена мнениями. Все его члены были озабоченными государственными проблемами людьми, шагавшими не в ногу со временем, и, несмотря на все влияние, которое они имели на Коноэ, они по большей части не имели связи с самым важным источником политической власти, а именно: с японской армией.

Когда в 1942 году достоянием гласности стал тот факт, что, кроме Одзаки, еще две ведущие политические фигуры из круга приближенных Коноэ, собирательным образом которых стал «Клуб завтраков», арестованы, враги Коноэ возрадовались, а друзья опечалились. Сам сенатор Маккарти не смог бы добавить ничего нового к тем крайним взглядам, чтобы высказывались противниками Коноэ. По их мнению, Коноэ и его друзья — предатели, подкупленные либералами, если не иностранными агентами. А самое резкое мнение, в его крайней форме, было таково, что дело Зорге сфабриковано армией с целью обеспечить падение кабинета Коноэ и навсегда дискредитировать самого принца.

Японская полиция арестовала и многих других подозреваемых, прямо или косвенно связанных с группой Зорге, как в Китае, так и в самой Японии."

"В Осаке был арестован владелец небольшого литейного завода, которого допрашивали сначала в полиции, затем в прокуратуре и в конце концов признали невиновным. Этот вердикт поражает, поскольку обвиняемый — Шинозука Торао — на самом деле признался, что снабжал Од-заки и Мияги информацией военного характера. Отцы Шинозуки и Одзаки были друзьями, и когда Одзаки поступил в Первую высшую школу, он снимал одну квартиру на двоих с Шинозукой.

Хотя, по словам Одзаки, Шинозука, будучи студентом, проявлял интерес к социализму, имеющиеся материалы дают основание предполагать, что в зрелом возрасте у него уже не было каких-то особых симпатий к левым и его общение с Одзаки основывалось не на общности идеологий.

Но когда в начале 1935 года Одзаки и Мияги задумались, как преодолеть недостаток разведданных из военных источников, Одзаки вдруг вспомнил о друге детства Шинозуке. Он вспомнил, что Шинозука серьезно интересовался оружием и всеми видами техники. Подход к нему Одзаки нашел очень просто, сказав, что ему, как журналисту, просто необходимо знать что-нибудь о военных делах и что он был бы очень благодарен, если бы Шинозука, как специалист, помог ему в этом. Последний ради дружбы согласился на это предложение. Общение Одзаки с Шинозукой имеет, однако, совсем недолгую историю.