Демон плюс

Думаю, ты и это припишешь чудодейственным свойствам волшебных растений. Однако масса свидетелей на берегу Галилейского моря не могла одновременно вдыхать их дым. Я распорядился срочно похитить сандалии Кудесника и тщательно осмотрел их. Меня ждало жестокое разочарование. Чудо-сандалии вовсе не оказались надувными, как я предполагал изначально, в них отсутствовали даже тайные резервуары с китовым жиром. Обычная кожаная рухлядь, которой красная цена – медный асе в базарный день.

…Яблочный огрызок плюхнулся в бассейн с благовониями.

– Окажись Кудесник обычным ярмарочным обманщиком, -вытер губы невидимый клиент, – я бы и горя не знал. Таких доморощенных пророков каждое утро собирается возле алтаря Венеры – как блох на шкуре моей старой собаки. Беда в другом. Чудеса, которые он совершает на глазах у всех, – НАСТОЯЩИЕ. И это влечет к нему людей.

Выдернув из носа седой волос, Маркус всерьез задумался.

– Domine[6], – осторожно прошептал он. – А может, не следовало сбрасывать со счетов отставного гладиатора, к чьим услугам имел намерение обратиться мудрый мельник Сульпиций? Если же он, как ценный исполнитель, занят другим заказом, то осмелюсь предложить свою скромную помощь. Я знаю пару тупых, но физически сильных вольноотпущенников из Галлии, часто ошивающихся в таверне «Люпус Эст» в поисках подходящей работы…

Из паровой завесы тепидариума донесся легкий зубовный скрежет.

– Это и есть мой главный кошмар, -проскрипел заказчик – В роковом сне я увидел смерть Кудесника: его казнили по ложному обвинению, распяли вместе с парой разбойников – вон там, на Голгофе. Любой скажет – о Юпитер, какая ерунда! Подумаешь, прибили к кресту бродячего фокусника. Вздерни туда тысячи подобных людишек – никто глазом не моргнет. Как бы не так! Той ночью мне отчетливо привиделось – не пройдет и трех сотен лет, как популярность Кудесника превзойдет все мыслимые пределы. Ему позавидуют даже основатели Рима – Ромул и Рем, имена которых поглотит бездна забвения. Перед моим взглядом, как наяву, пронеслись чудовищные последствия этой недальновидной казни. Замерев от ужаса, я наблюдал, как миллионы достойных патрициев и жалких плебеев, восклицая здравицы в его честь, стерли в пыль изваяния великих цезарей и низвергли статуи могущественных богов. Я стонал от горя, глядя, как озверевшая толпа поджигает святилища Юпитера и разрушает бюсты божественного Августа[7]. Но должен тебе сказать – даже это ерунда по сравнению с тем, что случится еще позже. Ерушалаим станет «городом Кудесника»… и прямо здесь спустя две тысячи лет проведут гей-парад…… Маркуса прошиб холодный пот.

А что это? – прошептал он дрожащими губами.

Тебе лучше не знать, – клубы пара заколебались.