Демон плюс

Гиммлеру свойственно избавляться от носителей компрометирующей его информации. В желающих занять пустое место недостатка не было, но в дальнейшем их постигала та же участь – специфика работы на рейхе фюрера.

– (ехидным голосом) Тогда хотела бы я узнать, что вы скажете на это… (шелестящий звук глянцевой бумаги) – приглядитесь внимательно.

– Это унтерштумфюрер Хафен… на фоне какой-то вышки… рядом с ним пожилой человек в очках… Постойте, он мне кого-то напоминает…"

"– Я сохранила этот снимок – единственный из всего досье. Подумала, что может пригодиться.

Это не вышка, а минарет Кутаб-Минар в районе старого Дели. Тогда военных действий между Англией и рейхом еще не было, и немцы могли свободно посещать британские владения – такие, как Индию. Обратите внимание на газету в руке Ульриха… Хорошо видите дату? Снимок сделан через два месяца после официальных похорон Хафена…

– (бульканье остывшим кофе) Но… что он делает в Индии?

– Направляется в Тибет. Вместе с доктором Клейгелем – который тоже, насколько вы помните, уже числился погибшим в автокатастрофе.

(надсадный кашель, звон фарфора)…

– (сочувственно) Обожглись кофе? Вам принести салфетку?

Глава четвертая

СТО ЛЕТ БЕЗ НИЖНЕГО БЕЛЬЯ

(Город, приближение полудня, небоскреб Управления наказаниями на Черной улице)

…Неспешно материализовавшись у себя в кабинете, Шеф извлек из чехла только что подписанный контракт.

Живые стены запульсировали, расцвечиваясь белыми прожилками по антрацитовому фону – обычная реакция на плохое настроение обитателя кабинета. «Бред, – подумал Шеф. – Видать, опять настройка в матрице сбилась – не могут отличить глубокий стресс от технической рабочей радости». Раскрыв резной индийский шкафчик из красного дерева, он аккуратно возложил договор на особую полочку. Пыльное нутро шкафчика заполняли сотни избранных пергаментов с порыжевшими от времени подписями – от мудреного автографа царя Птолемея до закорючки певицы Мадонны (покупка души у персонажа с подобным псевдонимом доставила Шефу особенное удовольствие).

Убедившись, что контракт не проявляет намерения свалиться с полки, Шеф устало снял черный плащ. Вернувшись к столу, он понял, почему беснуются стены: в кресле напротив свернулась клубком

Алевтина.

Под ее глазами залегли темные крути – она была изрядно взлохмачена и напоминала ободранную дворовую кошку. Особое сходство усиливалось тем, что расширенные зрачки жены Калашникова светились недобрым огнем.

– Опять исчезнете? – прохрипела женщина утомленным от бессонницы голосом. – Рискните. Но, пока не поговорите со мной – я отсюда не уйду.

Не отвечая, Шеф удобно расположился за столом, зачем-то переложив из одного угла в другой костяное пресс-папье.