Демон плюс

Ты вспомни – всего неделю назад мы целый отряд гладиаторов на арене разделали, как бог черепаху. В общем, давай начинай. Сейчас ты сомнешь левый фланг, а я беру на себя Эмилиана, ну и еще парочку солдат рядом. Главное для нас – быстро к выходу прорваться.

Малинин с застывшей улыбкой обернулся к Калашникову.

– Да их там человек двадцать, – сказал он замороженным голосом. – Идея в принципе хорошая, но не продуманная совсем. Я не терминатор, повелитель.

– И что же тогда делать? – рассерженно спросил Калашников.

– Сражаться! – ответил Малинин и выхватил из ножен меч.

– Сдавайтесь! – проревел Эмилиан, бросаясь в атаку.

– Русские не сдаются! – крикнул Малинин, отбив удар клинка.

– Кто не сдается?! – опешил центурион.

– Да неважно, – отозвался Калашников, опрокидывая внезапным ударом двух зазевавшихся солдат. – Я потом тебе объясню, сейчас немного занят.

…Пещера словно взорвалась – под низкими темными сводами бушевала какофония звуков. Звон металла, хрипы, вопли и шум падающих тел. В первую же минуту яростной схватки Эмилиан получил от Калашникова колотую рану в левое плечо и отступил, отчаянно ругаясь. На первый взгляд, казалось, удача на стороне напарников. Однако очень скоро она повернулась к ним спиной, если не сказать хуже. Пара десятков солдат и один центурион являлись чересчур внушительной силой, чтобы справиться с ними вдвоем. Эмилиан, отрезав кусок солдатской туники, перевязал себе плечо, еще четверо окровавленных римлян стонали, лежа на полу пещеры. Остальные зажали мятежников в угол, окружив горло каждого кольцом из отточенных мечей. Скептически улыбнувшись, Калашников бросил клинок

– Однако, – заметил Малинин, в кадык которого ощутимо упирались сразу три лезвия. – Должен признаться – в кино это выглядит намного круче. Я пропитался вашей уверенностью, и думал – мы их в пять минут раскидаем.

– Я блефовал, – признался Калашников. – Хотел тебя воодушевить.

– У вас отлично получилось, – со слабым, но ощутимым апломбом заметил Малинин. – Хотя не вполне понятно, что нам теперь со всем этим делать.

Подойдя вплотную к побежденным, Эмилиан коротким, мощным тычком снизу ударил Малинина в подбородок На губах казака показалась кровь.

– Вы ранили моих людей, – прохрипел он. – Это вам дорого обойдется.

– Повелитель, -возмутился Малинин. – Мать вашу, ну в который раз уже! Почему именно меня в каждой истории по роже бьют, а вас никто не трогает?

Развернувшись, центурион от души треснул Калашникова по уху.

– Так нормально? – буднично спросил он Малинина.

– Да, – моментально расцвел тот. – Большое спасибо.

– Я тебе голову оторву, – злобно пообещал Калашников, поверхность уха которого вмиг расцвела всеми цветами радуги. – Борец за справедливость.