Демон плюс

Он не узнал из статьи ничего нового: сплетни о разборках в семье Кудесника то и дело «сливали» низвергнутые из Рая падшие ангелы. В свое время Небесная Канцелярия сработала жестко и слаженно, не хуже северокорейской цензуры. Шестикрылые серафимы[68] отовсюду изъяли компрометирующие документы, наглухо запечатав скандальную тему для всеобщего обозрения. Так, впрочем, в Раю поступали с любой информацией, приоткрывающей завесу над личной жизнью Кудесника: это была нежеланная тайна, скрытая под семью замками…Но только не для него.

Щелкнула зажигалка: очередная сигара пыхнула струйкой сизого дыма.

«И в самом-то деле, – серьезно задумался Шеф. Л какое же у него имя?»

…Телефон с голубой кнопкой внезапно издал мелодичную трель…

Эпилог

…Вернувшись с пустым подносом в приемную, Мария-Антуанетта передернулась, вновь узрев тощего мужичка лет пятидесяти. Посетитель терпеливо дожидался ее у канцелярского стола, поигрывая цилиндриком, зажатым в правой руке. Мужичка, если использовать официальный язык Ада, можно было емко, но верно обозвать «квелым». Впалые щеки выбриты до синевы, унылый крючковатый нос едва не утыкается в вялые бескровные губы, плюс чахлое телосложение – футболка и шорты болтаются, как на вешалке. Головенку, похожую на тыкву, венчает бейсболка с надписью NY, на цыплячьей шее – золотая цепь с крупными звеньями и знак доллара.

…С той самой минуты, когда Иван Грозный, сохраняя на «босом» лице победный вид, заявился в приемную Шефа и шепотом раскрыл ей все карты, королева лихорадочно соображала, как поступить. Роковой цилиндрик, взлетая и падая на царскую ладонь, полностью приковывал ее внимание, не позволяя думать о чем-то другом. Но едва Мария-Антуанетта поставила чашку с рожками под нос к Шефу, как она догадалась, что делать. Метод старый, но почти всегда действует безотказно. Правда, с тюремщиком, а тем паче с палачом он не сработал – но это и нормально. Во-первых, люди находились при исполнении обязанностей, а во-вторых – каждый человек имеет право на ошибку. И если целую сотню лет не носишь нижнего белья, ожидая чего-то от одного мужчины, то вовсе не грех провести боевую тренировку с другим. Просто для того, чтобы расслабиться.

– Что делать будем, касатушка? – лениво сказал Грозный. – Против своих, стало быть, идешь? Закладываешь начальство доброе ворогам крылатым? А знаешь ли ты, девица, што мне за твою поимку бороду обещали возвернуть? Флэшка с записью, как ты «жучка» ставишь – вот она, у меня в кулачонке."

"Мария– Антуанетта обворожительно улыбнулась, выходя из-за стола. Хозяйским движением взяв Грозного за шиворот, она притянула его к себе.

– О, бояр рюсс… – жарко прошептала француженка, показательно облизывая пухлую верхнюю губу.