Капкан для двоих

 – Иди ко мне, – открыл с ее стороны дверь, подхватил на руки.

– На нас смотрят, – прошептала Карина на ухо.

– Угу.

– Они все понимают, – продолжает шептать.

– Мне запретить им представлять? – хохотнул я. – Тогда придется их всех пристрелить.

– Амир!..

– Выдрочка, они большие мальчики, для них это нормально, как выпить воды. Никто ничего не скажет и не подумает, – не стоит ей знать правду.

Наверняка между собой будут хохмить и стебаться. Мужики порой и в сорок дети. Обсудить, кто кого и сколько раз прожарил – святое. Я бы хотел остаться с ней только вдвоём, но без охраны никак. Увижу, что кто-то на мою выдрочку смотрит дольше двух секунд – пристрелю.

Мы оказываемся в спальне. Включаю лишь подсветку. Хочу всю ее видеть, но чтобы свет не бил в глаза. Опускаю Карину возле кровати, чтобы снять с нее тряпку, которая слишком много открывает для чужого взгляда. Веду подушечками пальцев по спине. Она напряжена, волнуется. В машине была смелее. Притягиваю к себе и впиваюсь в ее рот. Напоминаю себе, что не стоит спешить, напирать, Карина девственница, но она такая сладкая и отзывчивая, что я буквально насилую ее рот языком.

Слежу за ее реакцией, за каждым стоном, мимикой. Хочу свести ее с ума так же, как сводит она меня. Вкусная, сладкая, любимая.

– Давай избавимся от всего лишнего. Хочу всю тебя видеть, – стоило расстегнуть потайной замок, и платье упало к ногам.

На ней какая-то хрень, забыл, как называется, но она офигенно эротичная.

– Тебе это нужно? Не уверен, что мне хватит терпения все это с тебя стаскивать, можно ведь просто порвать, – мое предложение не находит отклика, Карина говорит, что эта штука очень дорогая, и принимается ее снимать. Я отхожу в сторону, потому что не уверен, что не потянусь и не избавлю одним рывком. – Выдрочка, я бы предпочел, чтобы дома ты ходила без белья, на крайний случай трусики, которые легко можно отодвинуть в сторону и… – голос мой проседает, когда Карина сбрасывает бретельки и тянет всю конструкцию вниз. Оголяет упругую высокую грудь, талию, бедра.

На ней остаются лишь чулки и туфли на каблуках… Это секс в чистом, неразбавленном виде. Она напряжена, а я боюсь сорваться.

– Моя очередь, – ухмыляясь, одним движением распахиваю рубашку, пуговицы летят на пол. Срываю с плеч и откидываю в сторону. Обувь, носки летят следом. Руки опускаются на пряжку ремня.

Карина закусывает губу и перестает дышать. Предположу, что вживую голого мужчину она не видела. А если когда-нибудь выясню, что кто-то тряс перед ней причиндалами – вырву и скормлю собакам.

Вытаскиваю ремень из шлевок. Опускаю молнию, расстегиваю пуговицы. Карина не отводит взгляда от моего паха. Член рвется сквозь ткань, судя по округлившимся глазам, моя выдрочка понимает, с чем придется столкнуться.