Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу

После вчерашнего пикника в воздухе витало странное ощущение – как будто что-то изменилось.

Я долго не могла понять, что именно, но внутри было спокойно и приятно.

Даже несмотря на то, что Ваня умудрился уронить пару сосисок в костёр и испачкаться с ног до головы, вечер получился чудесным. Женя всё время был рядом, и в его присутствии было столько спокойной уверенности, что мне впервые за долгое время не хотелось убегать.

Сегодня я проснулась в шикарном расположении духа, но стоило только налить бокал воды и выглянуть в окно на кухне, настроение испортилось.

Бабушка вложила свою душу в этот дом, а я не могу поднять пятую точку и привести в порядок то, что для неё было дорого?

Решительно двинулась искать что-то старое, что было не жаль испачкать.

Решено.

Сегодняшний день выделю на порядок двора, до которого давно не доходили руки.

Сорняки давно заполонили каждый уголок, их разросшиеся листья и стебли буквально обвили калитку.

Взяла инструменты и начала борьбу с этим живым хаосом. Ваня, как всегда, появился из ниоткуда и начал причинять мне помощь, а по сути, банально мешался.

Но я не жаловалась.

Глядя на мальчонку, в душе разгоралось тепло.

Он, наверное, очень одинок…

Материнская любовь – важный момент в жизни, но когда у ребёнка нет матери… Божья даже представить, что происходит в душе.

Ваня крутился под ногами, то играя с какими-то палками, то гоняя мяч.

Я только посмеивалась, когда он пытался помочь мне вытащить очередной сорняк, который был в два раза больше его.

– Татьяна Николаевна, а вы правда так сильно любите растения? – спросил он, прищурившись на здоровенный куст, который я пыталась вырвать.

– Не скажу, что люблю, – фыркнула я, – но они тоже заслуживают внимания. Если их не трогать, они быстро становятся хозяевами здесь. Так что придётся нам с ними разобраться.

Кстати, а где твой папа?

– Он уехал утром в город, – отмахнулся малец. – По работе.

– А-а-а, – протянула я нахмурившись.

Какая работа в воскресенье?"

"Ваня широко улыбнулся и побежал к забору. Но через несколько минут я заметила, что он замер и уставился на калитку. Я подняла голову, и всё внутри неприятно сжалось.

Максим.

Он стоял, нахмурившись, в одной руке сжимая букет цветов. Быстрыми и решительными шагами, мужчина сократил между нами расстояние, словно он уже знал, что не уйдёт без того, что хотел.

А хотел он, судя по выражению лица, вовсе не извинений или спокойного разговора.

– Таня, – резко начал он, не дождавшись, пока я первая заговорю. – Нам нужно поговорить.

Я поднялась с колен и вытерла руки о тканевый фартук, который надела для работы в саду.

– Я не думаю, что у нас с тобой есть о чём говорить, – спокойно ответила я, хотя внутри начинало нарастать беспокойство.