Дерзкая

И никакие разумные доводы на него не действуют.

— Время все исправит, так или иначе.

— Я все время говорю это ему. Он мне. И оба в это не верим. Поэтому-то он и принял тебя столь агрессивно… Понимаешь, Катюша была для нас обоих чем-то особенным. В первое время после того, как я потерял возможность нормально двигаться, Олег стал вместо меня заниматься Катей по-настоящему. Он своими руками вылепил из нее то, чем она была. С ее гибелью он потерял больше, чем я…"

"— Вряд ли Середа одобрит то, что ты сейчас делишься со мной вашими личными проблемами. Не надо, Юрий. Я вам совершенно никто. Тебе же потом будет неловко за свой рассказ, — я поняла, что если разговор и дальше пойдет в таком ключе, мне будет очень сложно не переступить черту дозволенного. А форсировать события прямо сейчас было совершенно нелепо.

— Черт знает что случилось со мной, когда я тебя увидел, но мне кажется, что с тобой я могу и должен говорить об этом, — возразил Юрка. — Если я не прав, скажи мне прямо, чтобы я заткнулся.

— Я не стану тебе этого говорить. Я буду слушать тебя столько, сколько будет нужно тебе.

— Почему? — удивление Юрия было очевидным.

— Может быть когда-нибудь я что-нибудь тебе объясню.

— А у тебя есть близкие?

— Н-нет… То есть они слишком далеко отсюда. Считай, что я совершенно одна на свете.

— Почему ты не вернешься к ним?

— Они давно похоронили меня. И не стоит менять то, что есть.

— У вас были проблемы?

— Нет, они любили меня, — ответила я, сама не зная, о ком я говорю, о Юре и Олеге, или о родственниках Мариэлы.

— Тогда почему?

— Я же сказала, они похоронили меня. А я слишком изменилась, чтобы снова заявить о себе.

— Какая чушь! — бросил Юра и тут же спохватился. — Извини… Но я чего-то не понимаю. Если бы я мог вернуть сестру, я бы не обратил внимания на то, изменилась она или нет. Ведь ты сама сказала, что важнее всего…

— Так уж ли тебе было бы все равно?

— Абсолютно. Неважно, в каком бы состоянии она ни была, мне так не хватает ее сейчас…

«Спокойно», — сказала я сама себе. — «Это еще ничего не значит».

— А это у тебя откуда? — Юрий провел рукой по своей щеке.

— Одна нелепость. Мне не следовало бы говорить об этом работодателю… Это я сама себя так разукрасила.

— Что ты такое говоришь? — Юрка широко распахнул глаза.

— Это результат нервного срыва. После смерти мужа я пыталась покончить с собой. Несколько совершенно безумных дней… Под руку попался обломок железа.

— Боже мой… — пробормотал Юрка. — Что случилось с твоим мужем?

— Он погиб на соревнованиях. Он был автогонщиком. Я расстроила его, мы поссорились, и на трассе он потерял голову… — я не смогла договорить. Но Юрка больше ничего не спросил. Он молча сидел и мял пальцами сигарету.