Дерзкая овечка, или Как охмурить своего босса

Судорожно соображая, что делать дальше, я решила пойти ва-банк: извлекла из сумочки красный прямоугольник и помахала им перед носом Голубева – парень явно напуган, авось проскочу.

Не проскочила…

Айтишник ловко выхватил у меня из рук книжечку и, раскрыв ее, вперил взгляд в читательский билет. На его лице отразилось удивление вперемешку с разочарованием.

– Нет, ну я так не играю, – надув губу, произнес он голосом Карлсона в исполнении Ливанова. – Это даже не интересно, – обиженно промычал Голубев, – неужто Стершин не мог озадачиться изготовлением фальшивого удостоверения? Тоже мне, начальник службы безопасности.

Хотя подослать ко мне секретаршу Петрова – тоже затея не из лучших, чего и говорить. Они там что? Совсем меня за идиота держат, что так топорно работают?"

"– Так вы… – На этот раз мозговые механизмы работали очень медленно, никак не желая выдавать очевидное предположение. – Так вы… получается, вы меня узнали? – наконец выпалила я.

– Конечно, – усмехнулся Голубев, – сразу же!

– Но как? Откуда?

Парень пожал плечами:

– У нас в «каморке ботанов», как за глаза называют коллеги наш отдел, развлечений, знаете ли, немного.

Чтобы не умереть со скуки, чего мы только не придумываем! Одно из любимейших занятий – изучение личных дел сотрудников. Благо доступ к большинству из них у нас беспрепятственный. Вот вы, например, знаете, что баба Глаша у нас настоящий Корейко? Миллионер подпольный? Бабуля очень непростая: дом, квартира, отдыхает исключительно на Бали. И это на зарплату уборщицы!

– Так она вроде на хорошем счету, – машинально пробормотала я. – У нее, может, зарплата на уровне Петрова.

– Не может. Мы проверяли, – усмехнулся Голубев.

 – Другое непонятно: зачем, имея такие доходы, а они у нее, судя по всему, немаленькие, ей тряпкой половой махать в офисе?

Я пожала плечами: бабы-Глашины стимулы к работе меня в тот момент как-то мало интересовали.

– И уж конечно, мимо нового сотрудника, да еще такого симпатичного, как вы, мы никак не могли пройти. Кстати, что у тебя с лицом-то? – неожиданно переходя на «ты», поинтересовался Голубев. И продолжил, не дожидаясь ответа: – Это для вас мы бойцы невидимого фронта – вы знать не знаете о нашем существовании. Обратная же картинка иная.

Правда, конкретно ты меня сейчас сильно разочаровала. Вот скажи, зачем тебе чужая игра? К чему этот спектакль?

– Я… – пробормотала я, все еще не оправившись от поражения. А счастье ведь казалось таким близким. – Я, пожалуй, пойду.

– Иди, иди, – усмехнулся Голубев. – И начальнику своему передай: условия он знает. Торговаться не буду. Не захочет сам купить, продам конкурентам, а они уж проследят, чтобы информация дошла куда следует. Поверьте, там, – парень поднял вверх указательный палец, – будут очень ей рады.