Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Какой вывод напрашивается?

Лишь один – Князева сломала его, раскатала в асфальт. Тарасов словил нехилый бумеранг. Бумеранг, который он вполне заслужил.

Мне его совсем не жаль. Прекрасно и замечательно, что это случилось с ним и он проходит через свои собственные девять кругов Ада.

Но, несмотря на свой по-настоящему скотский поступок, он пробовал отстроить сожженные мосты, наладить контакт с Мирославой. Моя лучшая подруга включила тотальный игнор (оно и правильно!), пресекая на корню любую попытку на примирение. Разыграла перед ним любовь с Даней, словно всё это время ей приходилось терпеть Тарасова во имя большой, эпичной и красивой мести.

Уничтожила. Размазала. Сокрушила.

Только у Ника добавилась парочка плюсиков в прогнившую насквозь карму, чего нельзя сказать о Сотне.

Этот парень четко давал понять свою потребительскую позицию по отношению ко мне. В его глазах отражалось превосходство, уверенность в том, что мои бастионы скоро и непременно падут.

Мне было больно. По-прежнему. Так, как раньше. Но научилась терпеть нестерпимые судороги, электрические конвульсии и мощные впрыскивания яда, что попадали в сердце, стоило Диме на меня посмотреть.

Боже, ведь он не переставал этого делать!

Бессердечный мажор решил, что всё в этом мире продается и меня, как и всех, можно купить.

Сравнил с какой-то дешевой продажной девкой, которая назло обидчику спит с его братом. Как в его голове возникла эта мысль? Своими словами и неуважением Дима окончательно растоптал меня. Но этого оказалось ничтожно мало! Он почти час долбился в дверь, что-то бессвязно кричал, маме даже пришлось выгонять его. А потом был Ян, привез обещанную картину.

Кого он увидел?

Правильно!

Слабую безвольную разбитую девчонку, ревущую навзрыд от своей боли. Мы с ним просидели всю ночь. Сначала тупо молчали, потом смотрели какой-то положительный мотивирующий фильм с искрометным юмором. Но мне не хотелось смеяться. Мне не хотелось ничего вообще."

"И я до последней ничтожной детали помню тот далекий осенний вечер, когда Дима Сотников притащил свою задницу, чтобы извиниться за пьяную выходку, разбившую окончательно моё и без того мертвое сердце.

Пафосный веник и влажный щенячий взгляд, будто бы действительно переполненный раскаянием.

Вот только Дима допустил одну важную ошибку – он не Александр Македонский, чтобы выигрывать каждое сражение в своей жизни.

Эта битва будет проиграна.

Просто сказала ему то, что давно вертелось на языке, да только махровая идиотка Маша забыла вовремя включить свои мозги.

– Я аннулирую оставшиеся два поцелуя. Хочешь рассказать Нику – валяй. Но на этом всё.

Больше не собираюсь плакать и страдать из-за него.