Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Знаете, ими прилежных и старательных деток награждают. Надо бы взять самую огромную звезду и Диме прямо на лоб приклеить. И для братца его захватить. Сразу на родных станут похожи.

– С чем тебя и поздравляю, – улыбнулась во все тридцать два зуба. – Иди порадуйся вместе с друзьями.

Дима хмурится и садится на пол прямо у моих ног. Так близко, что стоит ему шевельнутся и между нами не останется ровным счётом никакого свободного пространства.

Напряжение и волнение пропитывают меня насквозь, мешая здраво думать. Проклятые бабочки в животе. Стараюсь выглядеть спокойной и непринуждённой, но когда он рядом, то у меня нет шансов.

Надежда умирает последней. Не сдамся на милость этого наглеца, пусть даже не рассчитывает.

– Маш, – гладит по коленке, а потом прижимается к моей ноге губами. – Да у меня голова рядом с тобой не работает, а Ян… он… ему в жизни девчонки не отказывали.

– А тебе отказывали? – и отодвинулась чуть в сторону.

– Есть тут одна, – улыбается и упирается руками в скамейку. Его ладони почти соприкасаются с моими бёдрами. Заманил в ловушку, гад! – Очень стойкая.

– Порой, недостаточно, – продолжаю злиться на него.

 – То, что у вас с братом взаимная неприязнь друг к другу – это я понимаю. Но при чём здесь я? Разве хоть раз дала повод в себе усомниться? Вообще не догоняю, почему должна вдалбливать тебе прописную истину.

– Ну я виноват, – тянет меня на себя, лбом прижимаясь к моему животу. – Обещаю, искуплю вину.

Вечно эти парни так, всё обещают и обещают, а толку никакого.

– Дим, – упираюсь руками в плечи Сотникова и чуть отодвигаю от себя. – Мы взрослые люди. Я прекрасно понимаю, кто ты и не считаю себя твоей единственной.

Если ты устал, стесняешься или ещё чего-то, то не вижу смысла продолжать. Нам обоим будет лучше…

– Стоять, – перебивает меня. – Ты меня сейчас бросить пытаешься, Савельева?

Замялась. Громкое слово для нас.

– Ну… или возьмём перерыв.

– Жесть, Маша. Я вообще-то с этой стороны занавеса никогда не был, – злится он, а мне смешно. Потому, что даже сердитый – забавный. – Какой нафиг перерыв? От чего ты устала?

Громко смеюсь. Ситуация до невозможности комичная. Но мне нравится быть той, кого не бросают, а хотят отшлёпать за глупые предложения.

– Для твоих друзей я мышь, – напомнила Диме. – Для твоего брата. Всякие Регины засоряют мою карму.

– Ага, ты ей клок волос выдрала, – откровенно ржёт Дима.

– Ой, – отмахнулась. – Были бы свои, а так… у куклы Барби с боем отобрала.

– Прости меня.

– Дим…

Он целует меня в живот, прожигая кожу даже через платье. Скользит ниже, заставляя ноги дрожать. Руки Димы жёстко фиксируют мои бёдра. Не даёт и возможности остановить это безумие.

– Что ты делаешь?

– Как что, глупая, целую тебя.