Девятый для Алисы

И Владимир вдруг оказался рядом, прижал ее к двери, перехватил заведенную за спину руку на дверной ручке. Алиса дернулась всем телом, но было уже поздно. Разве что кричать. Но звуков почему-то не рождалось.

***— Да тихо ты, тихо, — шептал он ей на ухо, плотно прижимаясь. — Ну не буду же я тебя насиловать прямо в этом кабинете, чего ты. Так, вспомнить хочу. Какая ты наощупь. Сама потом по доброй воле ноги раздвинешь. Ладно, ладно, не елозь, — он слегка отодвинулся, давая Алисе место для вздоха. И жадно смотрел на ее часто поднимающуюся грудь. — Чего ты, Алиска, я все понимаю. Девятый твой тебя поматросил и бросил — у него таких девок вагон. А у тебя мозгов не хватило ко мне вернуться, гордая стала, вот и вкалываешь тут, бедняжка моя. — Он даже погладил ее по щеке, несмотря на то, что Алиса резко отвернула лицо. — Ну правда, чисто кошка стала, — он хохотнул и прижался к ней бедрам. — Видишь, как у меня на тебя встало. Ни на кого так не вставало. А ты… Ну давай, говори, чего надо. Квартиру куплю — хочешь? Ту, старую, я продал. Новую куплю, какую попросишь. И машину. На тебя оформлю. Все будет. Давай, Алиска, не для тебя это все. Пользуйся, пока я добрый…

Его рука поползла по ее бедру, задирая форменное платье. Алиса чувствовала, что проваливается куда-то. В то прошлое, в ту Алису, которая только для «сосать и раком стоять», разве что теперь — с квартирой и машиной.

Ну ведь не в них же дело, а…

Будто открылась воронка из прошлого, и Алису туда затягивало, тянуло потными мужскими руками, которые скользили все выше и выше и уже добрались до белья. И горло словно обхватило тугим обручем, рабским ошейником — так, что не сказать ни слова. Да и что Владимиру сказать, как объяснить? Алиса вдруг поняла, что не объяснит, не сможет ничего объяснить, Владимир ее просто не услышит, он слышит только себя и верит, что он прав, и что неслыханную щедрость и великодушие к ней проявляет.

И только один выход — бежать, да только как и куда?!

Холодный влажный палец добрался до белья, нырнул под него. Ее там только Миша трогал!

— Я беременна.

Палец из-под ее платья исчез. А сам Владимир резко отступил назад.

— Как? От кого?!

Алиса не знала — как и от кого. Просто понятия не имела. Она вообще не понимала, откуда взялись эти слова и почему она их сказала. Наверное, это показалось ей единственным, что способно отвратить Владимира от нее.

— От Девятого?! — хрипло выдохнул он.

Алиса через силу кивнула. Говорить у нее по-прежнему выходило не очень. Туго натянувшийся ошейник из прошлого все еще сдавливал горло.

Владимир отступил еще на шаг, оглядел ее всю. Взгляд у него стал совсем нехороший.

— Обрюхатил тебя, значит? — Алиса снова кивнула, уже уверенней.