Девятый для Алисы

Под окном лоджии стоял, широко улыбаясь, Султан и перекидывал из руки в руку снежок. Потом резким движением отшвырнул его в сторону.

— А я тебе сумку принес.

— Спасибо.

Он приподнялся и протянул ей сумку прямо в руки.

— Удержишь? Она вроде не тяжелая.

— Да, спасибо, — повторила Алиса. Сумку она поставила у своих ног.

Султан продолжал смотреть на нее и широко улыбаться. Алиса вдруг почувствовала, что не пойми с чего начинают гореть щеки.

Султан вдруг принюхался.

— У Девятого, как обычно, вкусной едой пахнет. Что это?

— Сочни с творогом, — Алиса заставила себя побороть смущение и улыбнуться.

— Обалденно пахнет!

— Минут через двадцать будут готовы. Зайдешь на чай?"

"— Да как я зайду, если Михаила дома нет, — Султан помотал головой. Он даже серьезным как-то вдруг стал. — И потом, мне работать надо. Но за приглашение спасибо.

Алиса поняла, что сказала что-то не то, неправильно. Но как исправиться — не знала. И смущение вернулось. А Султан молча смотрел на нее. Молчал и почему-то не уходил. Потом кашлянул.

— Послушай, Алиса… А вот Мариам… она твоя подруга, да?

Смущение исчезло внезапно и окончательно. Алиса улыбнулась.

— Да. Она моя подруга.

— Дай мне ее номер телефон. В смысле, пожалуйста.

Алиса чувствовала, как улыбка становится шире. Султан, судя по манерам, явно гроза всех местных девичьих сердец. Ну еще бы, с такими-то глазами и улыбкой.

Алиса не без усилий придала себе серьезный вид.

— Мариам работает в гостинице «Альпина».

— Спасибо! — Султан, наконец, спрыгнул с сугроба. — Большое спасибо, Алиса!

— Имей в виду, — добавила она ему в спину. — Она носит в рукаве нож.

Султан обернулся, восхищенно цокнул языком — а потом в одно движение оседлал снегоход. Рев мотора — и вот уже нет под окнами никакого Султана.

***Миша вернулся без десяти час — Алиса даже волноваться еще не успела начать.

— Чем это у нас так вкусно пахнет?

Это «у нас» мгновенно и начисто лишило Алису способности говорить.

— Что-то с творогом, да? — Миша поставил к стене объемистый пакет и стал торопливо стягивать куртку. — Ватрушки?

— Сочни, — наконец смогла ответить Алиса. — Будешь чай с сочнями?

— Буду, но потом. У нас сегодня есть одно важное дело. Дай мне полчаса — на душ и переодеться. А потом мы поедем.

С этими словами Миша скрылся за дверью ванной. А Алиса осела на табурет. Ворох несвязных мыслей, мучивших ее с утра, теперь вдруг оформился во внятные вопросы.

Что Миша подумал после ее исповеди? Зачем она ему все это рассказала? Вот совсем все — зачем?! Зачем и про Владимира, и про мать, и про Сазонова?!

А что тогда рассказывать было? Если это и есть… ее жизнь? А Миша что подумал? Что?! Ведь он ничего не сказал. Правда, она не дала ему такого шанса. Уснула ведь вчера.

Очень правильно и по-взрослому.