Девятый для Алисы

Он ничего не мог поделать с этой детской демонстрацией своего отношения к Владимиру. Не мог и не хотел.

— Михаил и в самом деле лучший в своем деле, — Антон тоже улыбнулся. — А ты что же, Володя, решил сменить две лыжи на одну доску? — он кивнул на горнолыжные ботинки Владимира.

— Я — нет, я уж как-нибудь так, на лыжах.

Миша вдруг понял, что Владимир ведет себя совсем иначе, чем в прошлые их встречи. И причина, это совершенно очевидно, — в Антоне. Во Владимире заметно поугасла позиция хозяина жизни, появилась какая-то подобострастность, суетливость, говорил он, обращаясь к Антону, с заискиванием.

Однако.

— У меня на сноуборде училась эта…. — тут Владимир замялся и неожиданно обратился к Михаилу. — Алиска тоже тут, не видел свою ученицу?

Их могли видеть вместе. Случайно. Это, конечно, было бы дичайшим совпадением, учитывая территорию катания. Но все же, есть вероятность, что Владимир знает, что они с Алисой встречались. Однако очень-очень маленькая.

— Нет. Я весь день с утра работаю. Привет ей передавайте.

Вот молодец. Спокойно. Вежливо. Равнодушно.

— Ну ладно, Антон, пойду я, не буду вам мешать заниматься, — спохватился Владимир, протягивая руку для рукопожатия.

Мише руку тоже пожали, и он понял, что это действие вызывает практически отвращение. Хоть бы больше не видеться с этим… Владимиром.

Мишка стоял и смотрел вслед удаляющейся от них коренастой фигуре в «богнере» с песцовой оторочкой и белоснежных обтягивающих штанах. Интересно, он себя вообще в зеркало видел? Как нелепо выглядит?

— Я бы не пускал людей в белой одежде на территорию комплекса.

— Я помню вашу лекцию на эту тему, Михаил, — рассмеялся Антон, демонстрируя великолепные зубы.

 — Следуя вашим заветам, купил себе оранжевое на этот сезон.

— Прекрасный комплект, — одобрительно кивнул Михаил, глядя на Антона. Оранжевое у него было все — куртка, штаны, шлем, перчатки и даже сноуборд. Просто человек-апельсин! Мишка все-таки улыбнулся. — Ну что, пойдем?

— Пойдем! — кивнул человек-апельсин.

***Домой Мишка решил пойти пешком. От горы до поселка путь не самый близкий, но вполне покрываемый на своих двоих, особенно с учетом, что идешь все время под гору. Доску Михаил оставил в прокате, шел налегке, по снегоходной дорожке, которая существенно спрямляла путь от комплекса до поселка, распахнув куртку и дыша полной грудью.

Несколько раз его нагоняли ребята на снегоходах, которые вели свою технику по гаражам, традиционно предлагали подвезти, но Мишка раз за разом отказывался. Ему нужно было пройтись. Подумать. Или просто подышать. Хождение всегда оказывало на него медитативное действие. В общем — хелихоптер нихт, попистофали!

Поэтому, Мишка шел, дышал, думал, даже устать успел, пока до дома дошел. И слегка замерзнуть.