Мой темный принц

— Себастьян, это я. Брай...

— Я знаю, кто ты, — оборвал он меня, его голос был отстраненным и чужим. Жестокий. — Ты не имела права врываться сюда.

Я прижалась к двери, растерявшись. Он на меня обиделся? Я сделала что-то не так до того, как потеряла память?

— Мы... Я что-нибудь тебе сделала?

— Нет. Все в порядке. А теперь убирайся к чертовой матери.

— Но... почему?

— Я хочу побыть один.

Это прозвучало как настоящий рык, и если бы я не знала ничего лучше, если бы не узнала эти выразительные ангельские локоны, по краям горящие красным, как ореол, когда на них падает солнечный свет, я бы приняла этого холодного человека за незнакомца.

— Себастьян, это глупо. Если что-то случилось, просто скажи мне. Мы же взрослые люди. Я…

— Ради всего святого, уходи, — прорычал он, поднимаясь со своего места и вставая во весь свой устрашающий рост.

Он сжал кулаки у боков. Я вздрогнула. Все внутри меня сильно сжалось, но я не двинулась с места. Ему явно было больно. Я не знала, почему. Но одно было совершенно ясно: ничто не заставляет чувствовать себя так одиноко, как осознание того, что тебе больно, и никто не придет тебе на помощь. Самые тяжелые битвы ведутся в тишине, когда никто не видит шрамов.

Я рысью вошла внутрь, приглашая Трио и Гизера рукой. Я даже не заметила, что они последовали за мной. Конечно, Себ не стал бы жестоко обращаться с собаками.

— Нет. — Я закрыла за нами дверь. — Мы здесь, чтобы составить тебе компанию.

Из его горла вырвалось пренебрежительное фырканье.

— Мы?

Он подошел к окну и рывком распахнул шторы. Яркие солнечные лучи разом залили комнату. Я вздрогнула, прикрывая глаза. Когда я опустила руку, он все еще стоял ко мне спиной.

— Теперь ты королева, Брайар Роуз?

— Просто Брайар, — ответила я, удивляясь, как он еще не знает этого.

Это заставило его на мгновение замереть. Я знала, что он хотел повернуться и посмотреть на них, но не сделал этого. Вместо этого он сцепил руки за спиной и уставился в окно, из которого открывался вид на огромное поле.

Никто не мог увидеть его с этого ракурса. Слишком много колонн, углов крыш и шпилей, закрывающих эти окна. Почему-то я знала, что он выбрал эту комнату для себя именно по этой причине.

— К тебе уже вернулась память? — Похоже, его это не волновало.

— Нет. — Я зарыла обиду, прочистив горло. — Ну, пока нет. Я все время вспоминаю что-то новое.

Он ничего не ответил, но и не остановил меня. Я восприняла это как победу и шагнула вглубь комнаты. Здесь было душно. Пыльно, воняло кислым мужским потом и агонией.

— Я помню все наши совместные лета, — отметила я.

— И предыдущие дни. — Его загадочные слова закончились легким вздрагиванием, когда он услышал, что я приближаюсь к нему. — Мне не нужны эти воспоминания. В них был не настоящий я.

Я подошла ближе.