Мой темный принц

Я могла бы накопить денег, сидя на корточках у Оливера. Поискать что-нибудь хорошее. Может быть, отдохнуть несколько недель.

Я вкалывала как проклятая с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать. Никаких отпусков. Даже оплачиваемых отпусков не было. Даже в перерывах между проектами я давала частные уроки начинающим актерам, у которых были проблемы с близостью на экране. Друзья называли меня «подругой стрингов».

По словам Элизы и Анжелики Гамильтон, возможно, настало время сделать перерыв.

— Это было бы намного слаще. — Себастьян уже держал ключи в руках, покачивая их за петлю на пальце.

Он знал, что я соглашусь остаться. — Ты будешь сводить его с ума, но у него не хватит духу избавиться от тебя.

— А где я буду спать? — Я потерла лоб, ошеломленная тем, что действительно хочу вернуться.

Хотя почему бы и нет? Это была бесплатная комната и питание, и я должна была помочь другу детства. Разозлить Оливера не было главной целью, но я считала это приятным бонусом.

Себастьян распахнул объятия.

— Любая из семнадцати свободных комнат для гостей.

Я подняла палец вверх.

— Хорошо, но у меня есть некоторые правила.

Водитель потерял терпение.

Он обогнул машину, открыл багажник и со злостью вышвырнул мои чемоданы. Я не могла его винить. Я планировала оставить жирные чаевые в приложении.

Себ пошевелил ключами, чтобы привлечь мое внимание.

— Положись на меня.

— Я хочу, чтобы мы каждый день ужинали вместе. Тебе нужно привыкнуть к тому, что ты постоянно находишься с людьми.

Себ отшатнулся, задыхаясь.

— Не будь навязчивой.

— Не обещаю. — Я подняла второй палец. — Правило номер два: я хочу, чтобы ты иногда выходил из крыла в дневное время.

— Твердое нет.

— Не обязательно выходить из дома, — уточнила я, понимая, что это разовая акция.

Себастьян не был заинтересован в том, чтобы открыться миру, по крайней мере пока. — Тебе нужно солнце на коже. Тебе нужно дышать распустившимися цветами. Это пойдет тебе на пользу.

Он фыркнул.

— Я не собираюсь меняться, Брайар. Я просто хотел бы побыть в компании несколько недель. Вот и все.

— Конечно. — Я кивнула, зная, что это его разозлит.

— Я серьезно.

— Я тоже.

— Ты всегда была раздражительной.

Он топал к моим чемоданам, бросая их с пугающей легкостью. Держа по одному в каждой руке, он пронесся к своему багажнику.

В промежутке между его мастер-классом по тяжелой атлетике и моим глупым решением провести отпуск в особняке моего заклятого врага водитель Убера скрылся в тумане ругательств.

— Ты всегда был снисходительным мудаком, — предложила я, пробираясь на пассажирское сиденье.

Мы оба забрались в машину. Себ завел двигатель. Как только он сел, я увидела это. Дрожь пробежала по каждому дюйму его тела. Он весь дрожал. Должно быть, ему потребовалась вся его сила воли, чтобы выйти из дома.