Мой темный принц

В воздухе пролетел еще один оранжевый диск. Очередь Себа. Точный выстрел. Диск раскололся на две части и с грохотом упал на землю. В воздух взлетел еще один диск, на этот раз для меня.

Я снова промахнулся.

— Хорошо. Что происходит? — Он повернулся ко мне. — Ты отстой, но не настолько. Ты утомил себя мастурбацией? Все знают, что время от времени нужно менять руки. Ошибка новичка.

Хм... Теория, которую я не рассматривал. Определенно, это возможно. Я облегчился после переписки с Брайар. И еще несколько раз после этого. В общем, я не спал всю ночь.

— Брайар вернулась, чтобы пожить здесь еще три месяца.

— Я перезарядил дробовик патронами. — Надеюсь, ты не против.

— С чего бы мне возражать? Я все равно никогда не покидаю свое крыло, — резко ответил он. Слишком быстро. Себастьян всегда был против. Он даже не позволял нашим родителям видеться с ним. — Что заставило ее вернуться?

— Наверное, то, что я аннулировал ее аренду и продал ее машину, и она увидела возможность попытаться свести меня с ума. — Я провел ладонью по затылку, все еще недоумевая, но не настолько, чтобы затронуть эту тему. Я хотел, чтобы она была здесь. Это давало мне странное чувство покоя.

— Она мне нравится, Себ.

Я затаил дыхание, ожидая, что он заговорит о клятве пятнадцатилетней давности.

— Так верни ее.

Я попятился вперед, прислонившись к стволу дерева.

— Она не хочет, чтобы ее завоевывали.

— Тогда победа над ней будет намного слаще.

Однако все было не так просто."

"Я сменил тему.

— Эй, ты поговорил с мамой и папой?

Мама звонила Себастьяну каждый день. Папа - каждую неделю. Они присылали еду и лакомства. Они мечтали, чтобы он вырвался из крыла и снова стал гулять. Это только усугубляло и без того изнурительное чувство вины, которое я испытывал каждый раз, когда думал об этом.

— Да. — Себ зевнул. — Мама сказала, что завезет сегодня несколько черничных булочек.

Я не знал, смеяться мне или плакать. Черничные булочки были любимым блюдом Себа. Я не мог вспомнить, когда она в последний раз готовила мою любимую выпечку. Мои родители утверждали, что не злятся на меня за случившееся, но их поведение говорило о другом.

— Как мило. Я собираюсь пойти туда на следующей неделе на ужин. Хочешь пойти со мной? — Я ткнул его локтем в ребро и захихикал.

— Можешь спрятаться в багажнике Эскалейда. Там, наверное, поместится еще три человека.

Не то чтобы мои родители не видели нынешнее лицо Себастьяна. Видели. Просто Себу это не нравилось. Мама всегда плакала из-за испорченного лица любимого сына, а папа не мог поддерживать с ним зрительный контакт. Я ненавидел их за это. Ненавидел за то, что они не могли быть сильными для него, как я.

Себастьян подошел к одной из ловушек для глиняных голубей.

— Думаю, я посижу в этой.

— Ты все высиживаешь, — прорычал я.

— Ну да.