Девочка для Черного (СИ)

На сцепившихся в схватке мужчин.

Черный врезает Резнику и делает шаг ко мне. Смотрит на мою ногу. Гад отвлекается от драки, и его противник этим пользуется. Не успеваю разглядеть, чем именно Резник бьет Черного по голове. Но тот вдруг застывает. Пробует обернуться и… падает.

Я с ужасом смотрю как на полу растекается кровь. Замечаю осколки вокруг.

— Он в порядке, — бросает Резник, заставляя меня перевести взгляд. — Такого бычару с одного удара не грохнуть. Жить будет.

Опять смотрю на Черного.

Живой. Да… он дышит.

— Иди к себе, — продолжает Резник и кивает на дверь.

 — Я тут сам разберусь.

Рассеянно киваю. Бросаю еще один короткий взгляд в сторону Черного. Вообще, крови не так много. Резнику тоже досталось. И то, как он умудрился вырубить подонка, это удачное стечение обстоятельств.

Я соображаю с трудом. Дорога до архива проходит, словно в тумане. Добираюсь до своей комнаты, закрываюсь на замок.

А потом позволяю себе сползти вниз по стене и разрыдаться. С новой силой. Меня накрывает истерика.

14

Я обрабатываю порез на ноге дезинфицирующим средством, заклеиваю пластырем. Меня настолько сильно трясёт и колотит, что боли я почти не чувствую, точнее просто не замечаю.

Состояния жуткое. Механические действия немного отвлекают, но истерика все равно не отпускает. Понимаю, что успокоиться нереально.

Перед глазами опять лицо Черного. Его глаза.

Дыхание сбивается, а холод сковывает изнутри. Приходится мотнуть головой, чтобы прогнать это воспоминание. Слишком все свежо в памяти.

Хватит. Здесь и сейчас я в безопасности.

— Здесь и сейчас, — повторяю вслух.

Горько усмехаюсь.

На самом деле, я не могу быть в безопасности. Сегодня Черный за мной не придет, но я еще в этой проклятой в тюрьме.

И даже если выйду, кошмар продолжится.

Урод сам обещал. Найдет. Возьмет то, чего не получил здесь.

Меня передергивает.

Слезы подступают опять. Хочется взвыть от безысходности.

Понимаю, что никому нельзя доверять. Даже начальнику тюрьмы. Ни с кем нельзя поговорить.

Хотя… что я теперь теряю?

Горько усмехаюсь. Понимаю, хуже уже не будет.

Нужно обо всем рассказать. Другого выхода нет. Завтра утром пойду к нему в кабинет.

Да, сегодня Резник спас меня. Но и его идеализировать не стоит.

Он преступник. Так сложилось, что помог, оказался на моей стороне, только у него тут свои интересы.

Смотрю на календарь. Сколько еще осталось дней?

Накатывает паника. Вдруг меня и в конце срока не выпустят? Вдруг найдут повод задержать здесь подольше?

— Это бред, — говорю тихо. — Нужно успокоиться.

Напрасно стараюсь отвлечься на работу. Ничего не могу делать. Ночь проходит без сна. Усталости не замечаю. Слишком сильное напряжение внутри.

Утром сталкиваюсь с начальником тюрьмы. Под дверью архива.